— Ждать, — тихо произнёс на анторском принцу крови, который потянулся за оружием. — Если их мало, то захватим языка. Если много и все военные… — но не успел я договорить, как из коридора послышался шум. Я выглянул из-за спины солдата и замер. Один из авангарда, держа за шкирку на вытянутой руке нёс невысокого пацана, что извивался, мотал ногами и что-то кричал.

Боец подошёл ближе и на анторском заговорил.

— Командир-хоск, генерал-командор, извините, не сдержался, но этот… эти кидались в нас какой-то дрянью, всю амуницию испачкали.

— Объясни, — принюхавшись и поморщившись уточнил ашш Сошша Хааш. И тут я тоже почувствовал, как от этого солдата воняет, а может и от пацана, который услышав наш говор замер, повиснув, ухватив руку солдата двумя руками.

— Мы шли спокойно. Продвинулись до первого поворота, остановились, осмотрелись, я хотел вернуться, чтобы доложить, что путь чист, но откуда-то появились эти, — он потряс пацана, — кинули в меня и в напарника какую-то гадость и скрылись, только этот чуть замешкался и не пролез в щель, что находилась на уровне пола.

— Кто ты? Как тебя зовут? — обращаясь к пацану, на местном наречии обратился ашш Сошша Хааш.

Пацан что-то ответил, но я не понял. Я посмотрел на принца крови.

— Ругается. Не хочет отвечать, но он меня понял.

— Сколько их было? — спросил у солдата.

— Видел троих. Двое быстро спрятались.

— Куда спрятались? Мы пролезем? — в голову пришла хорошая идея. Если там, куда так ловко спрятались достаточно места, то можно его использовать как укрытие, чтобы, не привлекая внимания переждать какое-то время.

— Нет. Взрослый туда не пролезет. И этот туда из-за своего телосложения не успел пролезть, другие двое были щуплые и ниже ростом.

— Дальше по маршруту не продвигались? — спросил, погрузившись в свои мысли. Надо бы разговорить этого пацана. Он, видимо, беспризорник, если такое возможно, но скорее всего на ограниченном пространстве корабля–станции — это маловероятно из-за ограниченности ресурсов. Всё жизненно важное: вода, еда, воздух находится под строгим контролем. Скорее всего у него есть родители, а ребята от безделья дурью маются. Но то, что он знает малодоступные места, ходы и проходы, о которых не всякий знает — это точно. — Что? Не расслышал, — вынырнул из размышлений, когда повисла тишина. Даже пацан перестал непереводимо ругаться, а прислушался к нашему разговору.

— Дальше не осматривали, — коротко ответил солдат.

— Командир-хоск, можно я поговорю с парнем? — обратился ашш Сошша Хааш.

— Поговори генерал-командор и постарайся узнать, может у этих пацанов есть какое укромное место, где можем укрыться… там тайное место или что-то в этом роде, где они собираются.

— Именно это я и хотел узнать. У нас, когда был молодой такое тайное место имелось.

— Так вы, принц крови, вроде и не старый, — попытался разрядить обстановку, но моя шутка не удалась. Ашш Сошша Хааш насупился, видимо посчитал, что указываю на его молодой возраст, а стоявший рядом солдат никак не отреагировал на мою остроту.

«Ладно, если будет время, потом с принцем крови поговорю. Объясню человеческие подколки и идиомы», — подумал, оставляя принца крови с солдатом и пацаном. То, что ашш Сошша Хааш ничего не сделает малолетнему безобразнику я знал. Не такой он анторс, чтобы воевать с ребятнёй, тем более меня привлёк шум, который доносился от небольшой группы. Пригляделся. Это Птица-восемь и Новтаски о чём-то излишне эмоционально спорили, что привлекли внимание подошедших к ним солдат.

— Что случилось, почему шумите?! — спросил, подойдя ближе.

— Пленный говорит… — начал доклад Птица-восемь, но его перебил Новтаски.

— Отпустите ребёнка! Он ни в чём не виноват!

— Не виноват, — согласился с ним. — Вот только шуметь и привлекать внимание не надо, — не стал говорить и акцентировать внимание, что виноваты их родители, что вероломно напали на мирных обитателей планеты, которые и ближний космос — свою звёздную систему не освоили. Но всё это лирика, что через сотни лет будут помнить только узкие специалисты — историки. Если, конечно, останется кому вспоминать. Историю пишут победители[1], как говорится.

— Я думал вы солдаты, не воюете с детьми, — не унимался Новтаски.

— Мы не воюем с детьми, — ответил резко, подойдя вплотную к пленному офицеру. Он на полголовы ниже меня, и я смотрел на него сверху вниз, продолжая говорить, — но как назвать тех, кто сейчас на планете убивает мирных жителей, сгоняет их в резервации, заставляет работать, строит непонятные башни, что позовут других своих соплеменников на помощь?! — не разбирая, собрал в кучу всё, что натворили инопланетяне на моей родной планете.