За окном занималась заря. Длинная ночь подходила к концу. Но работа только начиналась.

Мы сидели молча и ждали. Минуты тянулись, словно часы. Лампа над головой продолжала раздражающе мигать — то ярче, то тусклее. Белые стены давили, запах дезинфекции щекотал ноздри.

Василиса ёрзала на стуле, её нога нервно постукивала по полу, дробь выбивала мерный ритм. Матросов сидел неподвижно, глядя в одну точку на стене. Я тоже думал.

Чешуя ушёл слишком быстро. Не стал давить дальше, не начал разделять нас, допрашивать по одному. Это странно. Значит, либо он уже получил то, что хотел, либо готовит что-то другое.

Прошло десять минут. Потом ещё десять.

Мамонтова не выдержала первой.

— Что он задумал, эта тварь? — прошипела она, сверля взглядом дверь.

— Молчи, — коротко бросил Матросов, не поворачивая головы.

— Сам молчи! — огрызнулась Василиса, — мы тут сидим, как бараны на убой, а он…

— Он проверяет нашу версию, — перебил её Борис, наконец повернувшись, — или ждёт приказов сверху. Поэтому молчи и не дёргайся.

Мамонтова сжала губы, но замолчала. Её нога продолжала постукивать. Ещё десять минут.

Наконец дверь открылась. Чешуя вошёл в сопровождении двоих агентов. Они встали по обе стороны от двери, заняв позиции. Руки на автоматах.

Лейтенант расположился перед нами и посмотрел на каждого. Его лицо было нечитаемым. Ни злости, ни удовлетворения, ни торжества. Просто маска профессионала.

Молчание затягивалось. Он намеренно держал паузу, наблюдая за нашими реакциями. Психологическое давление. Заставить нервничать, гадать, что он скажет.

Матросов выдержал взгляд. Мамонтова сжала кулаки. Я просто ждал.

Наконец Чешуя заговорил.

— Официальная версия событий будет следующей, — его голос был тихим, — вы действовали по моему секретному приказу.

Матросов дёрнул бровью. Мамонтова открыла рот, но ничего не сказала. Я нахмурился. Что?

— Вы — мой внедрённый отряд, — продолжил лейтенант, скрестив руки на груди, — я завербовал вас месяц назад для проведения секретной операции по выявлению преступной деятельности внутри десятого корпуса.

Он начал медленно расхаживать перед нами, как учитель перед учениками.

— Вы успешно вычислили место проведения экспериментов. Вы проникли туда, несмотря на риски. Найденный Пальцев — результат вашей блестящей, хоть и рискованной, операции.

Чешуя остановился, повернулся к нам лицом.

— Я лично прикрыл вас и доложил наверх о вашем успехе. Вы — герои. Вас, возможно, даже наградят.

Тишина.

Василиса уставилась на него с открытым ртом. Матросов прищурился, изучая лейтенанта. Я молчал, переваривая информацию. Чешуя спасает нас? Зачем?

Лейтенант сделал паузу, потёр виски, словно от головной боли.

— Я спас ваши задницы от смертной казни, — отчеканил он, глядя поочерёдно на каждого, — от пожизненного заключения. От пыток, допросов. Понимаете?

Никто не ответил.

— Теперь вы мои должники, — продолжил Чешуя, — и этот долг вы будете отрабатывать.

Он шагнул ближе, склонился, опираясь руками на спинку пустого стула.

— Ваша нелегальная деятельность прекращается. Немедленно. Никакой контрабанды, никаких вылазок без разрешения. Понятно?

— Ага, — хмыкнула Мамонтова, — как прикажет господин…

Чешуя медленно повернул голову к ней. Его глаза сузились.

— Думаешь, шучу, Василиса Игоревна? — тихо спросил он, — хочешь проверить?

Мамонтова сглотнула, но промолчала.

— Вы мой личный спецотряд, — выпрямился лейтенант, снова обращаясь ко всем, — вы продолжите служить. Внешне всё останется как прежде. Но на самом деле вы будете выполнять мои приказы. Или… Один шаг в сторону, и я достану из сейфа ваше настоящее дело. Улики, записи, показания. И тогда вас уже никто не спасёт.

Друзья. Несколько организационных моментов.

1) Следующая прода в четверг в 00:05. Нужно немного выдохнуть. Первая часть большая вышла в 500К знаков.

2) Выкладка глав будет: вторник-суббота в 00:05

3) Главы, скорее всего, будут побольше.

4) Лайки комменты дают мотивацию поддерживать ритм и не переходить на режим день через день.

Всем огромное спасибо.