— Думаешь, что она боится крови? — спросил я.

— Уверен, — кивнул Костя. — Я видел, как она побледнела, когда начали срезать повязку. Просто показывать не хотела, вот и агрессивничала.

— Она когда нас увидела, тоже в обморок упала, — сказал мальчишка, что постарше.

— Тогда лучше так сделаем, — обратился я к медсестре, которая заканчивала снимать повязки и тихо похихикивала, слушая наш разговор. — Одну кровавую повязку всучи ей в руку, остальные брось рядом на полу.

— Ну зачем всё это, Ваня? — наморщив носик, спросила Евгения.

— Чтобы она не начала собственное расследование по поводу этого эликсира, Костя правильно говорит, — пояснил я. — Такая скандальная личность будет чинить разборки, пока мы здесь все не поседеем.

Когда нервная бабушка выбыла из беседы, ребята рассказали наконец, откуда у них эти укусы и странные длинные ссадины на руках и ногах. Всё оказалось просто — на них напал Спрутолис, когда они играли в прятки в парке, куда детям ходить не рекомендуется из-за близости к Аномалии. Длинные ссадины, обвивающие порой конечность, были следами от щупалец, которыми он схватил их, бросившись на ребят из зарослей.

— Костя, занимайся пока ссадинами, укусы я беру на себя, — сказал я новичку и приступил к работе.

Мальчишки скрежетали зубами и попискивали, но старались себя сдерживать, чтобы не опозориться. У меня даже возникла мысль дать им немного наркозного эликсира, но сложно сказать, как на него отреагирует детский организм, мы ещё с дозой для взрослых не до конца разобрались. Давали, можно сказать, на глазок.

Хорошо хоть у них травмы относительно поверхностные, если был бы перелом со смещением, я бы рискнул дать эликсир.

Пока занимался укусами, стараясь попутно разговаривать с пациентом и успокаивать, не уследил за Константином. Выручила медсестра, которая увидела, что он начал медленно сползать по каменной колонне, возле которой сидели на лавочке страдальцы, и усадила на другую лавку в углу поустойчивее.

Я успел полностью вылечить ребят и провести с ними воспитательную беседу о том, куда не надо ходить и чего надо опасаться, чтобы их не съел кто-то ещё. Рассказал даже про встречу с огненным червём ночью.

— И вы от него убежали? — округлив глаза, спросил младший парнишка.

— Мы его убили, — ответил я, улыбаясь. — Но вам даже пытаться не советую, даже Туманного ежа. Сначала надо много тренироваться и хорошо владеть магическим холодным оружием, кухонный нож тут не поможет. Даже с ежом.

— Я когда вырасту, стану крутым воином и тоже буду охотиться на монстров! — заявил младший.

— Ты сначала мухобойкой пользоваться научись, — усмехнулся старший.

— Умею я мухобойкой! — обиженно пискнул младший мальчик. — Я уже пять мух убил!

— Вот когда тысячу убьёшь, сделаю и тебе деревянный меч, будем сражаться, — пообещал старший.

— Правда? — засиял младший. — Да я тогда за два дня всех мух в Каменске истреблю!

— Не забывай в коробочку складывать, — сказал старший, снисходительно улыбаясь. — Не покажешь — не докажешь.

— Ох, где это я? — начала приходить в себя бабуля, и мы все дружно насторожились. — Что со мной? Что это? Ой!

Последние фразы прозвучали, когда она обнаружила у себя в руке бинтовую повязку и почти сразу разглядела, что она в крови. Следующим пунктом произошло то, что мы хотели ей рассказать о её состоянии — она снова отключилась, теперь от вида крови.

— Света, убери, пожалуйста, повязки, — попросил я медсестру. — Свою роль они отыграли.

Медсестра собрала все повязки и унесла, а я начал приводить женщину в чувство. Для начала положил на лоб заготовленное Светой мокрое полотенце и осторожно похлопал по щекам, которые сейчас были почти такими же белыми, как мокрое вафельное полотенце на лбу.

— О-о-ох, — медленно протянула женщина, открывая глаза.

— Как вы себя чувствуете? — спросил я, изобразив озабоченный вид. — С вами всё хорошо?

— Ох, да вроде уже ничего, — пролепетала она, поднимаясь с моей помощью, потом встревоженно посмотрела в сторону ожидающих её внуков. — А они как?

— Ребята в полном порядке, — успокоил я её. — Там царапины-то были пустяковые. Мы все обработали и повторного визита не потребуется.

— А крови не было? — спросила женщина, посмотрев на меня недоверчиво.

— Было немного, — ответил я, чувствуя в вопросе подвох. — Вы как только кровь на повязке увидели, так сразу в обморок упали. А ссадины и, правда, пустяковые, мы их быстро вылечили.