– Вот и у меня точно так же. Поверишь, могу сдать экзамен любому преподавателю или профессору, но стоит появиться моему дяде с его снисходительной улыбкой - и всё, что знала, куда-то исчезает в глубинах подсознания.

– И что там с этими философами?
– заинтересованно спросил принц.

– Суть в том, что я делаю осознанный выбор довериться тебе!
– произнесла торжественно и похлопала приосанившегося парня по руке.

У перекрестка на окраине деревни стояла карета с занавешенными окнами.

– Заходи, - сказал Дэмис, открывая дверь и подавая руку, и помог подняться на высокую ступеньку, а затем и сам вошел внутрь. Ехать пришлось около часа, трясясь по неровной, ухабистой дороге на жестковатых сиденьях.

– Почему так трясёт?
– не удержавшись, не слишком аристократично потерла отбитую филейную часть. – У вас тут тоже нет дорог, а есть только направления?

– Мы едем не по основной дороге, нельзя, чтобы тебя увидели раньше времени, - спокойно ответил парень, прижимая качающуюся занавеску к окну.

Карета замедлилась и остановилась во дворе, проехав через низкую арку, которая, судя по всему, служила входом для прислуги.

– Никого нет, выходи, - тихо сказал Дэмис, подавая руку.

Двор был огромен, вымощен брусчаткой, в отдалении располагались длинные ряды конюшен с массивными деревянными дверями, от которых исходил характерный запах сена и лошадей.

С другой стороны виднелись двухэтажные пристройки с аккуратными черепичными крышами и белыми оконными рамами, за которыми мелькали яркие занавески. Слишком просто для королевской семьи, хоть и миленько; скорее всего, здесь живут слуги.

По центру двора, прямо напротив входной арки высилась башня, у входа в которую стоял Дэмис, недовольно поглядывая и делая знаки поторопиться.

– Давай сюда, - сказал он, подхватив багаж и указывая на лестницу.
– Нам наверх. Сама поднимешься?

– А сколько этажей?
– спросила, разглядывая довольно высокую башню.

– Здесь невысоко, всего семь-восемь этажей, если считать по-вашему. Лифта, как ты понимаешь, нет, - с сочувствием ответил Дэмис.

– Расслабься, у нас лифт тоже иногда ломается, и приходится ходить пешком. Я давно привыкла к таким подъёмам. Вот когда у моей однокурсницы на двадцатом этаже сломался лифт - это была жесть!

Но, похоже, я переоценила свои способности, подниматься в тяжёлом, неудобном платье было сложно, ступеньки довольно крутые а потолки здесь гораздо выше, чем у нас дома.

– В этом "орудии пытки", - указала на своё платье, - я буду подниматься целую вечность. Может, отвернёшься, а я переоденусь в своё?

– Прямо здесь?
– испуганно оглядевшись, парень бросил взгляд на маленькие окна.
– Вдруг кто-то увидит? Хочешь, я тебя понесу, если станет слишком тяжело?

– Нет уж! Предпочитаю залечивать усталые мышцы, а не лечить сломанные кости.

– Почему это? Я сильный! Хочешь, докажу?
– обиженно нахмурился он и потянулся ко мне в попытке поднять.

– Даже не думай, я сама справлюсь.

Ловко увернувшись, собрала последние силы и дошла до последнего пролёта лестницы.

2. Шопинг в новом мире

Мы с Дэмом оказались в небольшом круглом коридоре, в который выходили двери двух комнат. Между ними с одной стороны тянулся длинный коридор, ведущий к верхнему этажу других башен, а с другой - виднелись зубчатые края башни с застеклённой крышей.

– Оригинальное решение, - показала я на стеклянную крышу.

– Раньше эти башни были сторожевыми, а потом войны закончились, и всё застеклили. Кто-то из предков планировал сделать здесь оранжерею, но почему-то передумал. Во дворце всего четыре башни, их соединяют такие длинные коридоры, - указал на коридор, - но ими давно никто не пользуется. Эти комнаты вполне пригодны для жилья. Здесь есть ванная и спальня. Тесновато, конечно, но на первое время подойдёт.

Комната оказалась простой: небольшое окно на уровне моих плеч, стол с двумя стульями, шкаф и кровать. Всё убранство выглядело скромно, и, судя по слою пыли, здесь давно не прибирались.

Осматривая крохотную жилую комнату и уборную с унитазом в форме кресла, а также крохотную ванну, в которой невозможно даже полностью вытянуться, я чувствовала, как медленно начинаю звереть. Как, вообще, можно жить в таких условиях? Эта тюремная камера, гордо именуемая башенной комнатой, совсем не подходила для девушки.

– Не переживай, - попытался успокоить меня этот будущий пациент патологоанатома.
– Это всего на пару дней. Потом родители и брат уедут в столицу, и ты сможешь переселиться в мои комнаты.