К реальности вернул знакомый голос. Обернулась – та же иномарка, а за рулем бывший жених. По телу россыпь мурашек и снова не от холода – я только что вышла из теплой квартиры и еще не успела замерзнуть.

– Тебя обратно в офис? – спросил Эльдар, потирая заспанные глаза. Ощущение, что он не спал всю ночь или просто дремал в пол глаза.

– Почему ты здесь? – недоверчиво поинтересовалась я, продолжая идти вперед. Это будто ночной сон, точнее кошмар: я, Эльдар…

Шесть лет назад еле пережила его предательство, а сейчас он снова является ко мне, как ни в чем не бывало. Пускай, мы встретились случайно, но почему он снова здесь?

– Хочу увезти тебя на работу. Ты же спешишь. Разве не так?

– С чего ты взял, что я спешу? – спокойно выдохнула. А в это время воображение рисовало отчаянные картинки: Альберт Вениаминович рвет и мечет, подписывает приказ о моем увольнении и в два счета находит замену.

Черт! Мне нужно спешить. Я хороший юрист, но незаменимых людей не бывает. Тем более, в Москве.

– У тебя один глаз не накрашен. Арина, я неплохо тебя знаю. Забыла? – усмехнулся Эльдар.

– Слушай, ладно, я и вправду спешу. Подвези меня до того места, откуда вчера забрал, – я нетерпеливо забралась в уютный салон и принялась поправлять макияж. Хотя сейчас это волновало меня меньше всего…

– Так почему ты здесь? – я первая рискнула нарушить тишину. Эльдар молчал, объезжая утреннюю пробку. Он делал вид, что максимально сосредоточен на дороге, но я знала, что думает он совсем о другом.

– А ты не догадываешься? – пытливо заглянул мне в глаза бывший жених. – Ладно… Тогда я спрошу иначе. Почему ты развелась, хотя… Нет. Почему ты меня тогда бросила и ради кого? Интересно, чем он лучше меня?

Я искоса взглянула на Эльдара, и увидела, что от напряжения он вцепился руль.

– Ты несешь бред, Эльдар. Я никогда не была замужем и не собиралась. Пока, – от волнения у меня пересохли губы.

– А почему ты в Москве? Разве не к жениху уехала? – с затаенной обидой обронил он, сосредоточенно крутя рулем. Я с неким удивлением смотрела на Эльдара – когда мы встречались, он был более амбициозен, хотел идти в вуз, мечтал стать архитектором. Но, видимо, жизнь заставила, и он стал простым водилой.

– Я училась здесь. Окончила юрфак, потом на работу устроилась и решила обратно не возвращаться, – бормочу я, рассматривая нарядные московские улицы.

Новый год на носу, а я, погруженная в рабочую суету, все пропустила. Надо еще подарки новой родне привезти. Женя хоть и сказал, что сам все в Архангельске купит, но мне хотелось привезти нечто эдакое. Все-таки из столицы – им будет приятно.

– Так с чего ты взял, что я замужем? Тебе кто-то сказал этот бред? – выдохнула я, с горечью глядя на бывшего жениха.

– Мама сказала.

– И ты поверил ей? – от напряжения у меня разболелся зуб. Черт! Давно надо было сходить к зубному, но из-за работы я все время откладывала этот визит…

Получается, Галина Аркадьевна так мечтала разлучить нас, что пошла на такую мерзость. А чего она добилась? Сын один, работает в такси.

– Арина, я же не на слово ей поверил – она мне письмо от тебя дала почитать…

– И ты не узнал мой почерк?

– Ты забыла, что печатала мне, а не писала. Сама же говорила, что ненавидишь писать, хотя странно это…

– Сейчас и писем никто не пишет, – мне не хватало кислорода и темнело в глазах. Сказывалось сильное волнение или работа без выходных? – Это я по старинке. Дура… хотела романтики – письма слала.

Эльдар сосредоточенно смотрит перед собой, но мысли его явно витают за пределами суетливой, хоть и нарядной столицы.

– Мы приехали. Да стой ты! – запаниковала я, видя, как водитель проезжает мимо здания, в котором комфортно расположился офис юридической фирмы.

Несколько минут я безуспешно пыталась расплатиться за поездку. Эльдар не взял с меня денег и, нервно развернувшись, покатил дальше по Мосфильмовской.

Стоило мне занести ноги в логово адвокатов, волнение мгновенно растворилось. Альберт Вениаминович искренне порадовался моему появлению и по уши загрузил меня работой. Уделить бы время на обед или хотя бы попить кофе. Какие там душевные переживания…

Днем несколько раз звонил Женя. Его интересовало, как продвигаются мои дела, и когда я смогу вылететь в Архангельск. Я не могла чем-то обнадежить его – начальник твердил, что раньше 31 декабря в аэропорту я не окажусь, и это притом, что работали мы по 16-17 часов в сутки.