Сам залив был приличной ширины — не менее километра. На противоположной стороне находился небольшой остров с домами и причалами, за которым снова виднелась водная гладь, и снова какие-то острова… Где тут искать Сахара? Эта задача показалась невозможной…

Жека посмотрел на электронные часы, висевшие в обширном зале, — они показывали 12 часов. Потом обвёл взглядом окружающую обстановку. Да… Здесь было просто офигенно. Именно то, что ему всегда нравилось и представлялось в мечтах. Именно таким он и видел свой будущий дом. Именно тут он и хотел бы жить.

В зале практически не было стен — стояло лишь некое подобие продолговатых колонн, стоявших в хаотическом порядке. Широкие проходы меж ними выводили на кухню, обставленную по самому последнему слову техники, в две спальни, в прихожую, к широкой лестнице, ведущей на второй этаж, к внутреннему бассейну и… на залив. Одна стена была полностью стеклянной, полностью состоящей из окон и стеклянной двери, выходящей на открытое пространство крытой террасы.

Дом находился с западной стороны острова. Залив здесь был намного шире и судоходнее, чем на востоке. Ширина, глубины и высота мостов позволяли заходить даже громадным океаническим контейнеровозам для разгрузки или погрузки — в заливе находился крупный логистический центр международных морских перевозок.

Жека со Смитом сидели на диване. На журнальном столике стояли бутылка холодного виски и два бокала. После осмотра своих владений, предоставленных им на неделю, напарники решили перевести дух и рассудить о своём нынешнем положении.

— Ты себе хотя бы примерно представляешь — как теоретически может выглядеть место, где живёт Сахар? — спросил Смит, удобно развалившись в кресле и потягивая виски из толстого низкого граненого бокала. — Да и вообще, каков этот человек по складу характера? Мне надо это знать, чтобы искать его. И очень важно — где он может держать свою сестру? Какие у них были отношения? Может, она в подвале, сидит в кандалах? А может, расхаживает с ним по ресторанам, ночным клубам и бегает по пляжам. Это вопрос очень тонкий, чтобы провести поиски в короткий срок и не спалиться при этом.

— Этот человек был своеобразным теневым бизнесменом, жёстким, с мощной силовой бригадой. С обширными знакомствами во властных, партийных и силовых структурах. В годы перестройки и приватизации государственной собственности он поднялся на рэкете и захватах этой собственности, — подумав, ответил Жека. — Но надо признать — жестокие силовые операции с убийствами, были не в его стиле. Я ни разу не помню, чтоб он кого-то мочил из-за денег, или в открытую шёл на беспредел. Возможно, делал это тихо и незаметно. Но в тюрьме он сидел, и среди уголовников был в авторитете. Он считался правильным пацаном. Набирал к себе в бригаду освободившихся из тюрьмы, пришедших с войны, из горячих точек. Таким подбором бойцов у него достигался баланс между уголовниками, спортсменами и солдатами… В последнее время Сахар упорно старалась дистанцироваться от братвы и жить по-европейски. Так, как живут люди во власти, как живёт элита. Современный дом, наподобие вот этой виллы, охрана, меценатство. В городе его знали хорошо, и только с положительной стороны. Он жил открыто и на широкую ногу. Я думаю, сейчас он тоже будет строить из себя какого-то крупного бизнесмена, миллионера, русского аристократа, но имеющего твёрдые зубы и готового постоять за себя.

— Я думаю… — Жека помолчал, отхлебнул виски и потом продолжил: — Наверняка он не будет жить затворником. Наоборот, он постарается свести знакомство с нужными людьми. Скорее всего, мэром, шерифом, крупными бизнесменами и аристократами. Естественно, он не будет унижаться. Они сами приползут к нему. Несмотря на то, что они васпы или хераспы. Остров в любом случае будет его. И если не остров, то хотя бы часть его. Наверняка он поделит его с итальянской мафией и местными гангстерами.

— Почему ты так думаешь? — спросил Смит и заинтересованно посмотрел на Жеку.

— Во-первых, у него есть деньги, — заявил Жека. — Он же не с пустой жопой сюда приехал. В течение пары-тройки лет он грабил крупнейший за Уралом металлургический комбинат и выводил деньги за границу. У него скопились миллиарды долларов. За сумму, в десятки раз меньшую, можно скупить этот сраный островок с потрохами. Поэтому, я думаю, он начал свою здешнюю жизнь с масштабной покупки, которая должна сразу же дать понять местным, сколько у него денег, власти, и сколько у него бойцов. Наверное, он живёт в одной из самых дорогих здешних усадеб, но она при этом тоже должна быть современная, в духе этого дома. Потому что, как я говорил, Сахар любит комфорт и современность. И он таиться не будет. Это не в его стиле.

— Что насчёт сестры? — спросил Смит и отхлебнул виски из бокала.

— У них родители сидели в тюрьме, — задумался Жека и вспомнил, как щемил его Сахар за Сахариху. — Он воспитал её. Вырастил. Сделал человеком. Не будет он её в подвале держать. Но и рисковать тоже не будет. Сахар человек осторожный и делает всё наверняка. Скорее всего, он держит её дома, под охраной, при этом никуда не выпуская. Но ты же знаешь, тут можно устроить золотую клетку с морем, солнцем и бассейном.

— Ясно, — кивнул головой Смит. — Появилась кое-какая мысль.

— Что за мысль? — поинтересовался Жека.

— Если ты верно описал характер Сахара, нужно искать его дом на побережье острова, — заявил Смит. — В глубине острова, без выхода к заливу, он не станет покупать дом. Вилла у воды — это своя набережная, свой причал и свой пляж. В любое время можно приехать и уехать незаметно — никто не заметит. Именно такие дома нам и стоит взять в оборот. Сегодня как раз этим и займёмся.

— Но… Остров велик, — заметил Жека. — Сколько времени уйдёт, чтобы обогнуть его?