Как поцеловать своего лучшего друга
Глава 1
Броуди
Я уставился на экран телефона так, будто он вот-вот вырастит ноги из разъема для наушников и начнет танцевать по журнальному столику.
Кейт Флетчер прислала мне сообщение.
Сегодня.
Пять минут назад.
И я понятия не имею, как на него ответить.
Слушайте, я лучше всех понимаю, что тосковать по своей лучшей подруге детства — дело гиблое. У меня три брата, и они напоминали мне об этом больше раз, чем я могу сосчитать (а это о многом говорит, потому что с числами у меня всё в порядке). Они говорят: если бы между мной и Кейт должно было что-то случиться, это уже давно произошло бы.
Логически я всё понимаю. Сознаю, что мы никогда не будем вместе.
Но отпустить её полностью я не могу.
Кейт — моя любимая вредная привычка. Несбыточное желание. Сон, от которого не избавиться.
Прошло тысяча четыреста тридцать три дня с тех пор, как мы в последний раз разговаривали. Эта серия прервалась сегодня. По крайней мере, прервётся, как только я ей отвечу.
Я встаю и начинаю нервно шагать по комнате, пальцы постукивают по бедру. Мне хочется задать ей тысячу вопросов. Но я не могу обрушить на неё допрос, когда она просто написала «привет». Она первая вышла на связь. Я взрослый человек, и взрослый человек должен просто ответить «привет» и дать ей сделать следующий шаг.
На семнадцатом круге по комнате в дверь дважды стучат, и через секунду заходит мой старший брат Перри, рюкзак закинут через плечо.
— Ты… определённо не готов к выходу.
Я останавливаюсь у камина, в середине восемнадцатого круга.
— Я… почти.
— Ага. Похоже на то, — Перри окидывает взглядом комнату и вздыхает, хотя, по мне, он просто драматизирует. Да, гостиная выглядит так, будто на неё обрушился склад снаряжения для походов, но я знаю, где лежит каждая вещь и в каком порядке всё окажется в рюкзаке. Я просто жду, пока высохнет палатка — я только что её вымыл, она сейчас сохнет в саду.
А ещё… мне только что написала Кейт Флетчер.
— Что с тобой? — спрашивает Перри, сбрасывая рюкзак на пол и опускаясь в кресло у окна. — Ты выглядишь странно… напряженно. — Он достаёт телефон и разваливается в кресле так, будто собирается долго ждать.
— Я… э… получил странное сообщение, и оно меня выбило из колеи.
— Оу, неужели Тейлор Свифт наконец-то ответила на все письма, которые ты слал в её фан-клуб?
Я хватаю свёрток шерстяных носков с подлокотника дивана и швыряю ему в голову.
Он легко отбивает их, даже не дрогнув в лице.
— Честно говоря, сообщение от самой Тейлор Свифт было бы менее неожиданным.
Перри поднимает взгляд, и в его выражении появляется настоящее беспокойство.
— Мне написала Кейт, — говорю я.
Глаза у него округляются.
— Кейт из школы? Твоя Кейт?
Я киваю и, тяжело вздохнув, опускаю голову в ладони.
— Что она написала?
— Да ничего. Просто «привет». Сказала, что давно не общались.
И знаете, я не виню Кейт за то, что наша дружба сошла на нет. Мы довольно неплохо держали связь после окончания школы, даже несмотря на то, что я уехал в колледж, а она уехала в Европу жить с отцом. Мы виделись раз или два в год, когда она приезжала в Штаты, и часто переписывались.
Пока не перестали.
Я не злился. Я волновался за неё.
А вот мои братья были в восторге, когда Кейт исчезла из моей жизни. «Теперь ты сможешь двигаться дальше», — говорили они. «Теперь ты перестанешь ждать того, что никогда не случится».
Я понимаю, что рано или поздно мне придётся серьёзнее отнестись к знакомствам с другими девушками. Мне двадцать восемь. Я не хочу провести всю жизнь, читая статьи Кейт — она пишет о путешествиях — и уставившись в её инстаграм. Я отлично понимаю, как жалко это выглядит со стороны.
Не поймите неправильно. Я встречаюсь с девушками.
Просто не всерьёз. Пару месяцев тут, полгода там. В последний год колледжа у меня даже были отношения, которые продлились целый год — с девушкой по имени Джилл. Но ничего не задерживается надолго. Потому что где-то в глубине души я всё ещё надеюсь, что Кейт вернётся в мою жизнь, и тогда… всё будет иначе.
— «Давно не общались»? — повторяет Перри. — Как любезно с её стороны заметить.
— Не начинай, — говорю я. — Ты не можешь одновременно злиться на неё за то, что мы общались, и злиться за то, что перестали.
— Я не злюсь на неё, — отвечает он. — Я просто не люблю, что она делает с твоей головой. Она крутит тобой уже много лет, Броуди.
Я провожу рукой по волосам.
— Но это на моей совести. Она же не делала ничего специально. Я не могу её винить за то, чего она не чувствует.
Перри пожимает плечами в своей фирменной язвительной манере, которая делает его таким невозможным.
— Не буду с тобой спорить. Но, по-моему, ты слишком щедро рассуждаешь, если считаешь, что она тебя никогда специально не водила за нос.