Я не стал спорить. Докторице явно было видней, что да как. Отец фоном бормотал о том, что ничего страшного, просто возраст. Я, соглашаясь, кивал, всеми силами стараясь не поддаваться панике.

Приёмный покой встретил нас полосой яркого света и медсёстрами в смешных колпаках с оленями. Новый год чувствовался даже здесь. Отца быстро оформили и загнали к кардиологу. Молодой, лобастый, с серьёзными глазами, он выглядел немного уставшим.

– Нужна госпитализация на пару дней, – сказал он, посмотрев ЭКГ. – Кардиомаркёры в норме, но лучше перестраховаться.

Через сорок минут я стоял у палаты с пакетом, в котором были сложены тапки, бритва и книга, которую читал отец. Сам же он, пока устраивался, успел завести беседу с соседом по койке. И это обнадежило меня даже больше слов доктора о том, что ситуация стабилизировалась.

– Езжайте домой, – порекомендовал кардиолог. – Что тут ночью делать?

Я кивнул, набрал отцовский номер, просто чтобы услышать гудок и убедиться в наличии связи. Помахал на его удивленный взгляд и двинулся к выходу, на ходу разбираясь с приложением такси, которым мне до этой ночи еще не приходилось пользоваться.

Ночь прошла как в бреду. Вроде и заснул, но то и дело вскакивал, прислушиваясь – не зазвонил ли телефон. Пару раз мне мерещилось, что слышу отцовский кашель в соседней комнате. Один раз я даже пошел туда. Сел на отцовскую кровать, провел ладонью по подушке, сохранившей отпечаток его головы. В груди запекло от забористой нежности, помноженной на страх одиночества.

От бессонницы пекло в глазах. Прямо с утра позвонил в больницу – благо новости были хорошие. Так что ехал туда, прихватив пакет с фруктами для отца и бутылку Чиваса для его кардиолога. Батя встретил меня ворчанием, но я видел – ему приятно, что я пришёл. Старикам вообще важно, чтобы кто-то был рядом.

Погоняв отца по кабинетам и взяв у него кучу крови, доктора сошлись на том, что ничего серьезного не случилось, но возраст никто не отменял – так что лучше бы моему старичку все же полежать в больничке. Покапаться, подлечиться как следует. Я не возражал, да и отец на удивление тоже. Видно, какой бы долгой не была жизнь, умирать ему пока не хотелось. Вот и славно.

К вечеру я был выжат как лимон. В голове шумело, ужасно хотелось спать. Я в который раз поблагодарил судьбу за то, что перед вступлением в новую должность мне позволили догулять отпуск. Один бог знает, как бы я себя проявил, если бы мне пришлось выйти в офис сегодня.

Стоя на светофоре, заказал пожрать. За что любил родной город – так это за безупречный сервис в любое время суток. Только хотел отложить телефон, как булькнуло сообщение.

«Привет. Мое предложение в силе пять… четыре… три…» – написала Света.

«Извини, не сейчас. Проблемы».

«Может, я могу чем-то помочь?»

«Все под контролем. Просто я в жутком напряге».

Очередной светофор загорелся зеленым, я покатил дальше. И тут в сообщения упала фотография – пухлые губы, шея, зажатая в ладони грудь.

«А я тебя расслаблю».

Ну, трындец! Бывают же бесстыжие бабы… Себе я бы, наверное, такую не хотел, но для ни к чему не обязывающего перепиха такой вариант – самый лучший. К тому же, как подруга Иды, она вполне могла помочь ее убедить взять деньги. И на том я бы мог успокоиться.

«Ты где?»

«Так бы и сразу»…

Дурацкий смайл, и вдогонку геолокация. Далековато. Проверил, можно ли изменить адрес доставки ужина. К счастью, это делалось без проблем. На двоих моего изначального заказа было маловато, но это было лучше, чем ничего. Я не мог себе позволить прийти к женщине с пустыми руками, даже если пришел тупо потрахаться – старомодное отцовское воспитание давало о себе знать даже в такие моменты.

Светка встречала меня в полупрозрачных кружевах, давая сразу понять, что ей и в голову не придет ломаться, разыгрывая из себя недотрогу. Они с Идой были совершенно разными. Та – сероглазая брюнетка, эта – крашеная кареглазая блондинка. И хрен его знает, почему я их сравнивал.

– Привет. Говорят, тут кое-кто напряженный? – спросила она, укладывая ладонь на бугор чуть ниже пряжки ремня.

Ида

– Слушай, Ид, малая у тебя – прелесть, но ты же понимаешь… Это не дело! – манерно протянула клиентка, отмахиваясь от очередного Дашкиного всхлипа. – Мне очень нравится твой стиль преподавания, техника, пластика, всё на высшем уровне. Но… – она хмыкнула и поиграла браслетом с бриллиантами, – мне нужно, чтобы этот час был только моим. А ты постоянно отвлекаешься. Без обид.

Я выдавила улыбку, хотя внутри всё сжалось.

– Конечно, я понимаю. Извини, Снежан, что так вышло.

Клиентка кивнула, словно только этого и ждала.

– Я тебя очень ценю, ты невероятная. Но в моём положении… – она бросила взгляд на Дашку, которая в очередной раз закапризничала, требуя взять ее на руки. – Времени совсем не осталось. Свадьба на носу. Мне нужно, чтобы наш первый танец был идеален. Ладно, я, но Олег вообще не поймет такого… Он очень занятой человек.

Олег – это будущий муж Снежаны, мерзкий боров с толстенным кошельком, в которого та вцепилась мертвой хваткой лет пять назад и вот, таки урвала. Конечно, он не поймет. Да и не должен понимать, если уж откровенно. Я без обид. Действительно, не каждый будет мириться с таким форматом работы. Без обид и без понимания, что делать дальше…