— Но позвольте… — заголосил главный юрист.

— Не позволю, — отрезал я. — Те, кто замешан в инциденте, по вашим же законам подлежат смертной казни. Компания «Глостершайн» прекратит свое существование, причем так, чтобы все в Метрополии знали, почему именно. Если хотите, организовывайте новую, переносите туда активы и материальную базу. Но виновники прорыва должны умереть. И физические, и юридические.

Следующее совещание устроил император. На него были приглашены министр обороны, какой-то чин из Генштаба, не тот, что торговался со мной из-за трофеев. И самым полезным оказался адмирал Швецов. После того, как все расшаркались, он подошел к карте и очертил на ней почти правильный круг. Испортить хорошую вещь он не побоялся, поскольку карта была интерактивной, как и положено в XXI веке.

— Как вы и предполагали, Яков Георгиевич, эта зона охраняется группой флотов из разных стран. Самый большой принадлежит, конечно же, САСШ, на втором месте с большим отрывом — Британия. Также мы заметили сборную солянку из европейцев, но они там присутствуют чисто символически.

Швецов отметил части круга, пометив флажками, кто какой сектор контролирует.

— Нам удалось провести авиаразведку беспилотными стелсами, все они были сбиты, но в центре интересующей нас зоны они заметили небольшой островок. Правда, понять, почему этот клочок суши меньше километра в диаметре стал стратегическим объектом, мы не в состоянии. Это буквально голая скала посреди Атлантического океана.

На экране показались слегка смазанные фотографии.

— Немного сухой травы, гнездовье каких-то птиц. Это все.

— Скорее всего там лифт, ведущий в основной объект, расположенный глубоко под водой, — пояснил я.

— Правильно ли я понял, — спросил Швецов, — что военные действия на объекте неизбежны?

— Боюсь, что так, —кивнул я.

— Должна ли наша эскадра поддержать вас огнем? Оттянуть флоты противника на себя?

Я тяжело вздохнул и ответил вопросом на вопрос.

— Разве Российская Империя находится в состоянии войны с Североамериканскими Штатами?

— Однозначно нет, — ответил министр. — Хотя после террористического акта, который мы пережили, уже, наверное, не так однозначно.

— Мы могли бы спровоцировать их флот. Если они начнут стрельбу в нейтральных водах просто по факту нашего там присутствия, это однозначно расценивается как акт агрессии, что развязывает нам руки, — предложил адмирал.

— Если флот противника реально нападет на наши суда, то, конечно, вы можете и должны защищаться, — ответил я. — Но свяжут их боем корабли Новой Гипербореи.

— У вас есть свой флот? — удивился адмирал.

— Вам понравится, — улыбнулся я. — Вот чего я точно хочу от ваших кораблей, адмирал: боевые действия на острове могут вызвать и скорее всего вызовут природный катаклизм. Возможно даже землетрясение. Будьте готовы к этому. Также в результате поднятой бури и боевого столкновения флотов американские и прочие моряки окажутся в воде. Было бы неплохо, если бы вы по возможности, и не в коем случае не рискуя нашими людьми и техникой, спасли тонущих. После этого они получают статус военнопленных. А когда все кончится, мы вернем их на родину.

— Будьте уверены, Яков Георгиевич, мы не бросим утопающих. И спасибо, что подумали об этом, — сказал адмирал. — Мне как моряку это важно.

— Но надо постараться избежать столкновения флотов. Я прошу, ваше Величество, помочь в этом.

— И что я могу сделать? — заинтересовался Орлов.

— Выступить посредником. Я прошу организовать встречу Этерна Первого с послами САСШ. Великобритании и, по возможности, тех стран, что предоставили свои корабли. Последнее факультативно.

— Когда и где?

— Где угодно в Москве, хоть в МИДе. Когда? Желательно крайне оперативно. В идеале — уже через час. Есть же такая опция «экстренная встреча государя с послами»?

— Каков протокол? — уточнил министр обороны.

— Упрощенный. Я скажу им пару слов. Если Петр Алексеевич, вы хотите поприсутствовать, это ваш дом. Других свидетелей не требуется. Вряд ли для таких ситуаций существует протокол, но у нас назревает даже не мировая война, а иномирное вторжение, так что экстренная ситуация требует экстренных мер.

— Боюсь, что час — физически невозможно, — ответил Орлов. — Но за два часа, думаю, можно устроить. И не в МИДе, а в Кремле. Как вы заметили, это мой дом.

— Курак на острове, — спокойно сказал Кох.

Он не пытался качать права, угрожать мне страшными карами за похищение.

Мне кажется, оперативник вздохнул с облегчением, когда понял, что его дежурство подошло к концу. Чуть позже он прямо об этом сказал.

— Мне не нравилось то, что я делал. Да-да, не смотрите на меня так. Я знаю, что вы скажете: «нравилось — не нравилось, но вы это делали». Просто я всегда хорошо выполняю свою работу. Это касается и Лесли, и вашего хваленого Курака. И вы должны понимать, что когда мы начинали свою службу, то не было и речи о каком-то там вторжении инопланетных тварей.