— Я тоже, — сказала Триша.

Я кивнул.

— Знаю, — сказал я. — Но судья — нет.

Я потратил почти половину жизни и всю свою карьеру, защищая обвиняемых. За это время я столкнулся в суде с бесчисленным количеством детективов. Они арестовывали моих клиентов, обманом вынуждали их к признанию, а иногда и ложно обвиняли. У меня был сводный брат-детектив, которому я мог доверить жизнь своей дочери. Но к тем детективам, которых я допрашивал перед присяжными, я испытывал только подозрение и недоверие. Детектив был извечным врагом адвоката защиты. Поэтому к мысли о том, что детектив может фактически продвигать мою позицию в гражданском суде и из врага превратиться в союзника, пришлось привыкать.

Но именно на это я и рассчитывал, когда вызвал детектива Дугласа Кларка на трибуну в качестве первого свидетеля после обеда. Вместе с ним на трибуну выходила сила и мощь государства. И на этот раз — на моей стороне.

Кларк поднялся на трибуну в синем костюме с расстёгнутым пиджаком. На поясе у него поблёскивал значок. Рыжие волосы были коротко острижены. В его взгляде читались опыт и деловая сосредоточенность, когда он стоял перед судьёй и присяжными и приносил клятву говорить правду и только правду. В руках он держал синюю папку, которую я знал. Это была «книга по убийству».

На уголовных делах мне никогда не доводилось работать с ним в одном процессе. Я говорил с ним лишь однажды, когда мы с Макэвоем и Лорной поехали в отделение Ван-Найс якобы для неофициальной беседы. Встреча тогда так и не состоялась. Но я многое узнал о нём от Циско и моего сводного брата Гарри Босха. Они говорили, что он — непревзойдённый детектив, помешанный на работе и не играющий в политические игры Департамента полиции Лос-Анджелеса. Именно поэтому он был рад переводу в управление по расследованию в долине Сан-Фернандо — примерно в шестидесяти километрах от штаб-квартиры в центре города.

Он вырос в долине и до сих пор жил там, в Шерман-Оуксе. Работал патрульным, затем детективом. Его бросало по разным отделам, обслуживавшим обширную северную часть города. В итоге он оказался в отделе по расследованию убийств в Ван-Найсе. Там он занимался делами об убийствах уже почти двадцать лет.

В первых вопросах я подробно прошёлся по этим деталям. Я хотел, чтобы присяжные успели его узнать. Чтобы увидели в нём способного и дотошного следователя. А уже потом я перешёл к делу.

— Детектив Кларк, — начал я. — Вас вызывали на место убийства девятнадцатого сентября две тысячи двадцать третьего года?

— Да, вызывали.

— Не могли бы вы рассказать присяжным об этом деле и о том, что вы делали в тот день?

— Я был у себя в кабинете в отделении Ван-Найс, — сказал Кларк. — Капитан сообщил мне о стрельбе в школе «Грант». Пострадала женщина. Её уже доставили в больницу, где она скончалась в отделении неотложной помощи. Мы с напарницей, детективом Дейлин Родригес, первыми выехали на место происшествия. Было решено, что я останусь на месте для проведения расследования, опроса свидетелей и сбора вещественных доказательств. Детектив Родригес поехала в больницу, чтобы осмотреть жертву и собрать все возможные улики. Нам сообщили, что мать убитой направляется в больницу, и детектив Родригес также должна была там присутствовать.

— Кто была жертва?

— Ребекка Рэндольф. Шестнадцать лет. Она только начала предпоследний класс старшей школы. В неё стреляли, когда она выходила из машины вместе с тремя другими девушками на школьной парковке.

— Школа была закрыта на карантин? — спросил я.

— Да, — ответил он. — Изначально было неизвестно, куда направился стрелок после того, как открыл огонь на парковке. Администрация школы заблокировала территорию и запустила протокол действий при активном стрелке.

— Но стрелок всё же покинул школу, верно?

— Да. Но тогда это ещё не было известно, поэтому были приняты все меры предосторожности.

— Понимаю.

Я следил за присяжными, пока Кларк отвечал. Из предварительного опроса я знал, что многие из них воспитывают детей школьного возраста. Возможность стрельбы в школе стала проблемой и кошмаром для каждого родителя в стране. Мне приходилось идти по тонкой линии. Я не хотел перегнуть палку, но и стремился вызвать у присяжных возмущение, которое позже направлю на своего истинного злодея — чат-бота с искусственным интеллектом по имени «Рен».

— Итак, когда вы приехали, школа всё ещё была заблокирована? — спросил я.

— Её только что начали открывать, — сказал Кларк. — Спецназ обыскал корпуса. Было установлено, что стрелок скрылся.

— Что вы сделали после этого?

— Как я говорил, мы с напарницей разделились. Она поехала в больницу. Моя первая задача заключалась в том, чтобы обезопасить место преступления и дать возможность криминалистам начать работу.

— Что вы имеете в виду под «криминалистами»?

— Простите. Судебные криминалисты. Они собирают улики на месте преступления, фотографируют, снимают видео и так далее.