— В таком случае, ждём вас в актовом зале на третьем этаже, — басовито произнес крайний член комиссии, мужчина с короткой «профессорской» бородкой клинышком. — В пять часов. Не опаздывайте, господа. Всего хорошего.

— До свидания, — попрощались мы и вывалились наружу.

Глеб и Арсен ждали нас на улице, попивая из бутылок пиво. Я и Ванька одновременно сглотнули слюну. В глотке пересохло, хотелось холодненького.

— А для нас не догадались купить? — возмутился Иван.

— На территории университета запрещено распивать алкоголь и щёлкать семечки, — хохотнул Глеб.

— Но вы-то нагло пьёте!

— Мы взрослые, а вы студенты, — нелогично заявил Арсен.

— Не школьники же!

— Ладно, хорош прикалываться, — я вскинул руку и посмотрел на часы фирмы Буре, подаренные мне отцом. — До собрания четыре часа. Нужно где-то пожрать, а то кишка кишке бьёт по башке.

И откуда у Субботина такие перлы? Язык сам, непроизвольно озвучивает мысли тёзки-офицера. Зато Ванька заржал и поддержал меня.

— Тогда я сейчас подгоню машину, и мы съездим в бухарскую чайхану, — решил Арсен. — Знаю одно местечко, там такой плов подают — пальчики оближешь.

Он даже глаза закатил, показывая, насколько плов вкусный.

— Зачем тачку гонять? Пройдёмся до стоянки, ноги не отвалятся, — я махнул рукой, и наша компания двинулась по дорожке к воротам. Толпа к этому времени изрядно поредела, на внутренней стоянке машин высокородных стало меньше, но я краем глаза выцепил Турчанинову и Осокину, беседующих с какими-то парнями. Они весело смеялись и даже хлопали в ладоши от избытка чувств. Я засмотрелся. В коридоре особо не разглядишь, что к чему, а здесь, при дневном освещении Марина выглядела сногсшибательно. Средний рост компенсировался высокими каблуками, отчего ножки, и без того длинные, выглядели весьма привлекательно. Ветерок шаловливо трепал подол светло-зелёного с цветочным принтом платьица, отчего девушка постоянно прижимала его ладонью к бедру. Заметив, что я гляжу в её сторону, улыбнулась и неожиданно показала пальцами букву «V».

Ага, намекает на угрозы Андрона и надеется на мою победу? Очень приятно, я даже чуть-чуть склоняю голову в приветствии. Парни зыркают недобро. Интересно, кто такие? Из свит или охрана? Вряд ли телохранители, по возрасту не подходят, да и не болтают личники со своими хозяева столь свободно. У них своя служба, за которую денежку платят. Скорее, встретила знакомых, приехавших поступать.

Рита Осокина скользнула по нашей компании взглядом, слегка усмехнулась и сделала вид, что ей безразличны незнакомцы.

— Подойдём, познакомимся? — оживился Иван.

— Слюни подбери, — я покосился на него с усмешкой. Поплыл, паренёк. — На кого глаз положил-то? На блондинку?

— Не-а, я её тебе оставлю, — мотнул головой друг, когда мы миновали автостоянку.

— Почему? — я был удивлён выбором Вани. Марина, надо признать, была куда ярче Риты, но и у той хватало достоинств. За сдержанностью могла скрываться невероятная чувственность. Да и фигурка такая, что есть за что глазу зацепиться.

«И не только глазу», — хмыкнул майор Субботин в голове.

— Ну, смотри… Турчанинова из богатой семьи, избалована вниманием, папаша явно сделает ставку на достойного женишка из такого же богатого рода старой аристократии. И какие шансы, у меня, у Слуги? Девушка глупить не будет, сразу же даст понять, что я ей не ровня. А ты — Дружинин. За тобой капиталы, мощный род, всевозможные перспективы. И если нам удастся познакомиться, сразу говорю, буду Осокину обхаживать.

«А парень-то логично мыслит, а? — одобрительно произнёс Субботин. — Хотя, не факт, что Марине ты понравишься. Как раз всё бывает наоборот. Женщины непредсказуемы».

Я отмахнулся от философских изречений майора. Время, как говорят мудрые люди, покажет. А пока надо поесть.

Арсен долго куда-то ехал, целенаправленно держа курс в южную окраину города. Бухарский квартал и в самом деле напоминал Бухару в миниатюре. Бесконечные глиняные дувалы[1], узкие улочки, запахи специй, кирпичные дома, аккуратно побеленные. Я заметил, что в каждом дворе очень много хозяйственных построек.

— Здесь люди большими семьями живут, — проезжая по одной из улочек, пояснил Арсен. — Порой в одном доме три-четыре семьи. Хозяйка командует невестками, хозяин с сыновьями на рынке торгует.

Мы выехали на более широкую улицу, и здесь я увидел привычные глазу здания европейского типа. Большие купеческие дома в два-три этажа, красивые машины вместо осликов, нарядные люди.

Чайхана, куда нас так стремился отвезти личник, находилась на базаре. Оставив машину на стоянке под надзором какого-то лохматого паренька в потёртой футболке (Арсен отдал ему рубль), не внушавшего мне доверия, мы неторопливо прошли вдоль крайних духанов[2], на которых были разложены всевозможные товары. Продавцы что-то кричали нам, махая руками и призывая купить задёшево всё, чего душе угодно. Шум и гам поднимался к небу, уже по-осеннему прозрачному и глубокому.