Все это глухо квасилось в груди, пока наконец он не плюнул на все и просто вызвал ее в кабинет. И вот теперь она стояла перед ним.

Почему?! Она же маленькая грязная тварь. Почему, бл***, она должна казаться ему невинным ангелом?!

«Меня подставили. Вы должны были знать это»

Уловка, попытка манипулирования. Он все видел сам. Но теперь Вадим уже сомневался в том, что именно тогда видел.

Отсечь от себя эти мысли.

Просто отсечь.

Но его словно ядом подтравливало, невозможно было усидеть на месте. Что-то неведомое просто выдергивало из него нежелательные реакции. И эта неспособность совладать с собой безумно злила.

Поэтому он встал и начал ходить по кабинету. Чтобы не смотреть на нее.

Но так было еще хуже.

В конце концов, Вадим заставил себя сосредоточиться на главном.

– Что у вас? – спросил, проходя за ее спиной. Нужно было отойти к окну, как можно дальше. Но он и не смог себя заставить, так она ощущалась близко.

Девушка склонилась над бумагами, поправила волосы. А его неконтролируемо потянуло склониться над ней, забрать в кольцо рук. Ему мерещился ее запах, это был тонкий, едва слышный аромат шампуня и еще что-то.

Он прошел мимо и сумрачно обронил:

– Если не можете сразу вычленить главное, готовьтесь заранее.

– Да, я поняла, Вадим Тимурович. Если позволите, я начну.

Он молча кивнул. В этот момент Вадим был зол сам на себя.

– Я распечатала файл, над которым работала, как вы сказали.

Девушка накрыла рукой листы, лежавшие особняком. Его взгляд тут же прилип к тонким пальцам.

– Но за это время принесли несколько документов на подпись. Это показалось мне более важным.

– Что там, покажите, - Вадим шагнул ближе и быстрым движением поднял со стола папку.

Раскрыл и стал бегло листать. Все малозначительно, часть вообще можно было сразу выкинуть в корзину. И тут он увидел файл с отчетом из юротдела и застыл. На нем не было визы. А это значило, что старший офис-менеджер этот документ еще не просматривала. Перевел на девушку взгляд и сказал жестко:

– Запомните, Новикова, говорю один раз. Все документы из юротдела сначала просматривает и визирует Любовь Марковна. Это ясно?

Она сильно побледнела, однако твердо произнесла:

– Да, ясно. Я поняла.

– Теперь идите. Все оставьте на столе, я просмотрю позже.

***

Девушка вышла. Захаров проводил ее взглядом. Ему опять чудился в воздухе легкий шлейф аромата. Потом он снова раскрыл папку и вызвал личную помощницу:

– Любовь Марковна, зайдите.

Любовь Марковна ждала.

Провела с утра небольшую работу и теперь терпеливо ждала результатов. Она столько лет работала с людьми, а особенно с одним конкретным человеком, прекрасно понимала, что в таких случаях нельзя торопиться. Все должно происходить естественно и незаметно. Так, чтобы это никак не было связано с ее именем.

В остальном же, зная подход к каждому звену этого офиса и имея определенный авторитет, ей достаточно было просто пробежаться с утра по нескольким отделам и вскользь упомянуть, что у босса новая секретарша. И нет, ей даже не нужно было подавать никакой негативной информации, наоборот, просто несколько намеков, выразительное умалчивание.

А дальше это должно было принести плоды.

И оно принесло.

Но теперь было нетерпение, до легкой сухости во рту. Любовь Марковна невозмутимо улыбалась, отпивая глоток воды из кулера. У нее в кабинете как раз находился один из сотрудников, и тут этот вызов.

Наконец-то. Сердце к горлу подпрыгнуло. Однако она никак не показала этого внешне, только обронила:

– Одну минуту, Вадим Тимурович.

Потом повернулась к сотруднику, тот понимающе вскинул руки и тут же вышел. А она захватила свой планшет и направилась в кабинет к Захарову. Но прежде пришлось пройти через приемную. А там эта девица, с какого-то перепугу решившая метить на ее место.

«Черта с два ты здесь задержишься», - подумала Любовь Марковна и, гордо подняв голову, прошла мимо.

Захаров в кабинете был один.

– Вызывали, Вадим Тимурович? – спросила она и подошла ближе.

Ей всегда нравился этот мужчина. Красивый, богатый и, вместе с тем, закрытый, жесткий и нетерпимый. Тот тип мужчин, кого покорить сложно, но если удастся, он будет твой. Любовь Марковна считала, что ей практически удалось, только действовать надо было исподволь, и тогда...

Неожиданно появилась эта Новикова.

Сейчас это уже было не только профессиональное желание избавиться от балласта, мешающего работать. Тут было глубоко личное.