Шаг первый: купить семейную лесопилку его семьи.
Шаг второй: понизить его в должности и заставить работать на тебя.
Шаг третий: откинуться на спинку кресла и насладиться сладким вкусом победы.
Что не входило в мой гениальный план? Спать с врагом.
Гас Эберт — совсем не обычный бывший муж. Этот угрюмый лесоруб прячет под своими широкими плечами в клетчатой фланелевой рубашке огромное, ранимое сердце. А ещё он обожает меня провоцировать, спорить со мной и флиртовать без остановки.
Наша взаимная неприязнь только растёт, ведь нам приходится работать вместе. Пока однажды вечером, под действием вина, наша ссора не превращается в прелюдию.
А ситуация окончательно выходит из-под контроля, когда я узнаю, что жду ребёнка… от своего бывшего мужа.
Однажды я уже поверила его обещаниям и осталась с разбитым сердцем. Я поклялась больше никогда не доверять ему. Но пока вокруг накаляется обстановка — и на работе, и дома — и прошлые ошибки угрожают нашему будущему, мы с Гасом начинаем понимать: вместе мы отличная команда.
Я снова вспоминаю о мечтах, о которых давно забыла. Но я не могу позволить себе поддаться чувствам и влюбиться в него снова. Потому что теперь мне нужно защищать не только своё сердце, но и ещё одно.
Старшим дочерям
У нас может быть тревожность, стремление всё контролировать, хроническое игнорирование ухода за собой и непреодолимая потребность всё исправлять,
но мы всё равно заслуживаем счастливого конца.
За то, чтобы всегда быть правыми. Во всём.
Пролог
Хлоя
За неделю до этого
Сегодня тот день.
Сегодня я отдам по заслугам мужчине, который разбил мне сердце.
Который разрушил моё чувство собственного достоинства и уничтожил мою невинность.
Теперь, спустя десятилетия тяжелой работы, я лишу его того единственного, что для него ценнее всего.
И я буду наслаждаться каждой секундой моей мести.
Я вошла в конференц-зал так, будто он принадлежал мне. Разумеется, с опозданием. Я настояла, чтобы мои юристы пришли вовремя, но сама появилась тогда, когда посчитала нужным.
Мои волосы были только что уложены, макияж безупречный, а каблуки остры настолько, что ими можно было выколоть глаз.
Когда я вошла, в комнате приподнялись брови. Это было мне не в новинку. Не так уж часто в мир, где доминируют мужчины, особенно в лесопромышленной отрасли, заявляется рыжеволосая женщина ростом метр пятьдесят восемь с такими капиталами, какие были у меня. Я держала голову высоко. Пусть недооценивают. Именно это дерьмо подкидывало дров в мой внутренний костер.
Я объездила весь мир, заключала сделки и годами работала, чтобы стать силой, с которой придётся считаться. И сегодня я делала то, о чём мечтала столько лет.
Показывала мужчинам, которые когда-то меня предали, на что я способна.
Например, моему отцу и деду, которые раз за разом твердили, что семейный бизнес — не место для женщины. Смешно, правда? Теперь я владела крупнейшей лесозаготовительной компанией в штате Мэн, и это делало меня их главным конкурентом.
А мой бывший муж? Тот, кто выбросил меня из своей жизни ради возможности развивать семейный бизнес и произвести впечатление на папочку? Теперь я гордо владела четырьмя поколениями наследия его семьи. Я была лицом компании, которую он потерял.
Компании, которую он выбрал вместо меня.
А самое приятное? Теперь он работал на меня. И я заставлю его смотреть, как я срываю имя Эберт с каждого здания, с каждого грузовика, с каждой чертовой бумажки на этом свете.
Я выжидала снаружи конференц-зала, чтобы войти в самый эффектный момент. Уже заранее написала юристке, чтобы узнать, где он сидит. Так я могла с максимальным удовольствием насладиться паникой на его лице в ту секунду, когда появлюсь в дверях.
Что он сделает, когда узнает, что я купила его семейный бизнес? Что теперь он — моя собственность?
Может, начнёт задыхаться? Или описается? А вдруг…
Я поправила юбку-карандаш и потянулась к тяжёлой двери из красного дерева.
Пора было начинать представление.
В комнате царило оживление, по огромному столу были разбросаны бумаги. Войдя, я сразу отметила взглядом то самое место, где он сидел. Он был склонившись над бумагами, подписывал документ. По бокам от него сидели двое мужчин — вероятно, его братья.
Мои юристы кивнули мне, когда я уверенно прошла к столу.
И тут наши глаза встретились.
Он уронил ручку, а с лица его моментально сошёл весь цвет.
Он резко вдохнул, и этот звук стал единственным в ставшей вдруг гробовой тишине комнате.
Я стояла гордо, не двигаясь, позволяя ему смотреть. Позволяя тонуть. Я заслужила этот момент триумфа.
Но моё торжество длилось недолго. В три удара сердца я снова погрузилась в эти голубые глаза, ловя себя на мысли, как же он хорошо выглядит с возрастом. Мелкие морщинки у глаз, густая борода, обрамляющая сильную челюсть…
Вот дерьмо.
У него не было ни соцсетей, ни интернет-следа. Я не могла как следует за ним понаблюдать, чтобы подготовиться к этой встрече.
В моих фантазиях он был старым, немощным и уродливым. А не этот сильный, широкоплечий лесоруб, сидящий напротив.
— Огаст, — произнесла я, вкладывая в голос самую фальшивую вежливость, на которую была способна. — Я надеялась, что увижу тебя сегодня.
Он молчал. Просто смотрел на меня с таким вниманием, что мне стало жарко.
Мужчина рядом с ним, более корпоративная версия Гаса, заговорил первым.