— Два наряда в сортиры, Кмари! — прорычал командирский голос — Все! Достала!

— Я…

— Три наряда!

— Да но…

— Заткнись уже, Кмари — тихо посоветовал ей другой мужской голос и, шипяще выругавшись, Кмари последовала его совету.

Ну вот… я столько бежал, полз, копал… а они беседу закруглили.

— Её чувства мне вполне понятны и как Сострадающий второго класса я вполне разделяю их — у меня в ухе прозвучал прежде не участвовавший в разговоре слишком мягкий и нежный голос какого-то хренососа.

Слишком смиренно. Слишком наиграно. А мерзкий голос продолжал накидывать лживого приторного словесного киселя:

— Она беспокоится о пропавшей сестре… о близнеце. И… как мне кажется, она не слишком высокого мнения о боевых качествах пропавшего вместе с Хмари оперативника… Гомесито, если я не ошибаюсь?

Ему подтвердили его догадку с такой быстротой, причем так торопливо и без прежней жесткости в голосе подтвердил сам командир, что сразу стало ясно — обладатель приторного голоса какой-то немаленький шишка. Или он и есть командир? Нет… подчиненную распекал не он, а тот жесткий…

Кисель, Кмари, Командир… и всякие поддакивающие, чьи голоса звучат на уровне рядовых и бывалых солдат, хорошо усвоивших главную истину — служи тихо, болтай мало, инициативы не выказывай.

— Благодарю за понимание, глубокоуважаемый Сострадающий второго класса сеньор Цистос.

Как красиво Кмари ожила и как умело подлизала. Аж до моего убежища донесся шелест ее языка…

Значит Кисель — это Цистос. А в отряде есть проблема с иерархией. Командир не сумел донести до всех и каждого, что не стоит выделываться и прыгать через его голову.

Командир стерпит?

Вместо командира зазвучал еще один новый голос. Опять мужской — гремящий суровый бас.

— И все же дисциплина, жесткость и постоянство во главе угла! И никому из нас не стоит забывать об этом! Как и возложенной на нас миссии по пропалыванию всего излишне плодовитого и ядовитого! СДЕРЖИВАНИЕ! ПРЕСЕКАНИЕ! — неожиданно рявкнул он — СДЕРЖИВАНИЕ И ПРЕСЕКАНИЕ!

— Жопой лося волки пихту красят! — пробормотал я хрен пойми с чего пришедшую в голову считалку из далекого детства — Какие знакомые слова… прямо пахнуло в ноздри оторванной жопой… Сдерживание и пресекание мать вашу…

Именно эти слова то и дело орала подыхающая от боли и невозможности провалиться в спасительную темноту комы так располовиненная девка в медбоксе. Та, кто предрекал мне списывание со счетов и ощущение своей тотальной ненужности на солнечной пенсии. И соврала, сука половинчатая — чтобы не платить пенсию меня заморозили к херам, а до этого сделали полным ампутантом. Вот и вся благодарность к пенсионерам…

А басовитый продолжал нагнетать атмосферу в эфире, делая это с таким ражем, словно выступал перед битком набитым залом внимательных слушателей.

— Даже если случилось самое страшное и они погибли — что ж! Такова наша судьба — судьба Регуляторов! Нам уже многие столетия доверена важнейшая миссия и мы все готовы погибнуть ради ее выполнения! Святая Накмаурта создала Регуляторов не ради того, чтобы они жили вечно! О нет! Она знала, что многие из нас погибнут в расцвете сил ради исполнения ее заветов! И коли двое молодых и отважных сгинули в болотах… что ж… мы выбьем их имена на стене почета и возложим черные орхидеи — символ Регуляторов как и окровавленный серп! — к поминальным алтарям! Но слезы лить мы не станем! Все горе и печаль мы направим в правильное русло — в выяснение причин их гибели и… в суровое наказание тем, кто был к этому причастен! Вы все услышали меня?!

— Да, Карающий второго ранга сеньор Ардитос — чуть ли не хором проорал весь личный состав прущего по болотам отряда — Мы услышали!

— Сдерживание!

— СДЕРЖИВАНИЕ! — проорал отряд.

— Пресекание!

— ПРЕСЕКАНИЕ!

— Хорошо! Кмари!

— Да, Карающий второго класса сеньор Ардитос!

— Впредь… не пререкайся с командиром… дисциплина прежде всего. Я считаю, что командир Баррага обошелся с тобой слишком мягко… возможно мне следует усилить твое наказание в разы… а в рапорте на командира упомянуть, что он излишне мягко и снисходителен к своеволию подчиненных…

— Брат Ардитос! — «кисель» вступил в дело и зазвучал укоризненно — Родственные узы… братство… тревога… даже столь жесткий Регулятор как ты не может не принять это в расчет и проявить каплю доброты…

— Возможно — произнес Ардитос — Быть может и ты и прав. Да! В этот раз я пропущу это мимо ушей, но впредь не допускайте подобные перепалки, братья и сестры! Мы едины! Командир Баррага…

— Слушаю!

— Насколько мне известно сигналы с экзов пропавших бойцов исчезли рядом с довольно большим, я бы даже сказал слишком большим поселением дикарей?