— Со стюарда я тоже компенсацию взял. Теперь мне требуется отдых. Поднимать меня только на завтрак.

Я решил, что отдых требуется и мне, и улегся рядом. Подушку у помощника отбирать не стал — в конце концов, и не в таких условиях ночевал. Отрубился сразу, почему-то даже мысли не возникло, что шулер придет мстить. Он и не пришел.

Утром, когда мы все завтракали в каюте у Наташи, я спросил:

— Что там твой дар говорит о встрече с княгиней?

— Сложится в твою пользу, — коротко ответила она. — Причем с вечера мне казалось, что все будет плохо, но потом ночью что-то изменилось.

— Это когда ты в карты играл, — тявкнул Валерон.

— Проиграл? — ахнула Наташа. — Мой кузен, мамин племянник, застрелился из-за карточного долга. Петя, пожалуйста, не надо играть.

— Наташ, я же с ним. О каком проигрыше может идти речь? — гордо сказал Валерон.

— Вы что, жульничали? — опять ахнула она.

— Мы? Мы похожи на жуликов? — в ответ возмутился Валерон. — Мы взяли компенсацию со злоумышляющих на нас, да, Петь? Минимальную компенсацию. Никого не убили, не покусали и даже ни в кого не плюнули. Хотя очень хотелось.

— И чем же вы ее взяли?

— Домом.

— Каким домом?

— Прилетим — посмотрим, — ответил Валерон. — Вам нужно жилье в столице? Вот вам судьба его и подогнала. Не благодарите. Но комбинезон нужно заказать новый. Этот уже немного вытерся. Кролик, что с него взять…

— Не надо было садиться с жуликом за карточный стол, — не сбилась Наташа с мысли.

— Как это не надо? — возмутился Валерон. — Как бы я тогда взял компенсацию? Петя был бы против. И потом, сама говоришь, что вероятность поменялась, когда он согласился играть. Стала лучше. А поначалу он не соглашался. Вот тогда и была плохая.

— Мне не нравится зависимость от карт.

— Какая зависимость? — принял важный вид Валерон. — Наказали пару жуликов — и все. Женщина, тебя муж собственным домом обеспечил. Подумай об этом — и возрадуйся.

— Игровые приобретения, они такие: сегодня есть, а завтра ушли, — ответила Наташа.

— Петр не игрок! — раздраженно тявкнул Валерон. — Это была разовая акция, направленная против тех, кто злоумышляет. Я ради нее стараюсь, из кожи вон лезу…

— Из комбинезона выпрыгиваю… — подсказал я.

— И это тоже, — не смутился Валерон. — И что вместо благодарности? Одни упреки. Все уже закончилось, мы победили и притащили в пещеру мамонта.

— Какого мамонта, в какую пещеру? — растерялась Наташа.

— Того, с которого нужно содрать шкуру и из которого нужно приготовить что-то питательное. Я, вообще-то, есть хочу, а вы меня непонятно чем кормите. Чай, кстати, не бери — отравят.

И так уверенно сказал по последнему пункту, что я сразу вспомнил о взятой компенсации еще и со стюарда. При Наташе спрашивать не стал, чтобы не нагнетать. Пусть это будет нашей с Валероном маленькой тайной…

Провожал нас при прилете в столицу совсем другой стюард. Надеюсь, что первого не хватил сердечный приступ, когда он осознал, насколько был неправ, на нас злоумышляя.

— Сейчас мы куда? В гостиницу? — уточнила Наташа.

— А давай до Крепостной палаты проедем? — предложил я. — Если удастся все быстро провернуть, то и в дом заселимся.

Подозрения, что купчая фальшивая, несмотря на печать и подпись при оформлении договора, у меня были, поэтому хотелось прояснить вопрос сразу.

Сани мы арендовали на несколько часов — Наташа сама предложила подождать в них на улице, чтобы не таскать чемоданы и не искать потом извозчика заново, если выяснится, что нам все же нужно в гостиницу. А у этого в санях лежала толстая меховая полость из волчьих шкур — хоть ноги не замерзнут. Валерон, правда, сморщил свой нос и заявил, что шкуры пахнут псиной, но согласился остаться на охране как Наташи, так и вещей.

И хорошо, что остался, иначе бы точно решил, что на нас опять злоумышляют — в Крепостной палате удалось все завершить за полтора часа благодаря моему дворянскому паспорту и большому количеству взяток, которые я раздавал направо и налево для ускорения оформления. Зато вышел с документом, подтверждающим мое право владения, и набором ключей, старинных, с затейливыми головками.

Доехали от Крепостной палаты до нужного дома мы быстро — дом действительно располагался в центре. Симпатичный особнячок, около которого снег был тщательно вычищен, как и двор внутри. Хотя какой-то мужик продолжал орудовать лопатой.

Оказалось, что при доме до сих пор проживал сторож, по совместительству дворник. Был он нанят еще покойной хозяйкой дома.

— То бишь вы таперича новые хозяева, — расстроенно сказал мужик. — А мы Акима Васильича ждали.