Я закончил фразу и посмотрел на Киру. Она не отвечала сразу. Просто сжала челюсти и коротко кивнула. В это время мои ноги налились тяжестью, на корабле заработала гравитация, осложняя нам возможности передвижения. Баха быстро осваивал функционал командного центра, и терять времени было нельзя.

— Сейчас наша первоочередная задача найти место, где Баха не сможет нас просто раздавить, если захочет, теми же стенами, например. — Продолжил я — Это не хаб, это командный центр, тут все строилось не из того расчета, что он будет участвовать в боях, сама конструкция этой станции построена на жестком каркасе. Нам нужно к внешней обшивке пробиться. У него там будут ограничены возможности по изменению конфигурации внутренних помещений. Там перегруппируемся и решим, что делать дальше.

— Тогда работаем быстро, — сказала она. — Пока он действительно не решил нас просто задавить.

Времени на обсуждения не было. Пространство вокруг уже менялось: тяжёлые сегменты перегородок медленно сходились, как створки гигантского пресса. Где-то глухо заскрежетал металл.

— Парни, прорываемся! — рявкнула Кира. — Командир, направление!

Я ткнул пальцем в выступающий сервисный узел.

— Туда. Это не шлюз, это технологический сброс. Толстый металл, но он не рассчитан на давление изнутри.

— Приняла.

Бойцы штурмовой роты сработали без лишних слов. Всё же с нами были профессионалы, прошедшие множество боев и тренировавшиеся воевать всю свою сознательную жизнь. Никакой паники или рефлексий, есть приказ, и его надо выполнить.

Они не стали проверять пробьют ли бортовые орудия биоскафандров стены, они действовали грубо но эффективно. Заряды взрывчатки пошли в дело сразу. Два бойца закрепили упоры, третий поставил направленный заряд. Взрыв не был красивым. Просто короткий хлопок — и кусок конструкции сорвало внутрь, исковеркав крепления.

— Проход есть! — доложили сразу.

Мы пошли первыми. За спиной глухо ударило — один из проходов окончательно схлопнулся, раздавив всё, что там ещё оставалось. Система быстро отреагировала на попытку бегства и самым радикальным способом попыталась её пресечь. Если бы замешкались на несколько секунд — нас бы просто расплющило.

В узком коридоре впереди уже работала автоматика охраны. Турели, встроенные в стены, открыли огонь, как только мы показались в секторе.

— Контакт! — крикнула Кира.

Ответ был мгновенным. Трассеры прошили пространство, отскакивая от брони. Симбиоты держали, но долго так не протянешь.

— Дави! — заорал я.

Два бойца легли, ведя огонь на подавление, остальные пошли в лоб, стреляя на ходу. Не по турелям — по узлам крепления. Металл крошился, крепёж рвался. Одна установка сорвалась и повисла, вторая просто замолчала, когда ей разворотили подачу.

— Чисто!

Мы не останавливались. Сзади снова удар — ещё один сегмент перекрыл маршрут. Теперь пути назад не было окончательно.

Коридор вывел нас в расширенную полость — техническую камеру. Тут уже работали тяжёлые платформы охраны. Не манёвренные, зато бронированные.

— Гранаты! — коротко приказала Кира.

Изготовленные ещё на Земле цилиндры со взрывчаткой ушли под движители платформ. Взрыв. Ударная волна. Одна машина опрокинулась, вторая попыталась развернуться, но получила очередь в уязвимый стык.

Металл рвался. Искры били по броне. Запах горелого композита даже через фильтры биоскафандра казалось что забивал дыхание. Симбиоты передавали свои ощушения своим носителям.

— Командир, — крикнула Кира сквозь грохот. — Нас прижимают!

Я увидел, как с противоположной стороны камеры начали выдвигаться новые огневые точки. Медленно. Методично. Без спешки.

— Работаем по переборкам, — сказал я. — Ломаем им базу.

Инженерные заряды пошли в ход. Не только штатные — всё, что было. Пакеты, рассчитанные на вскрытие переборок, рвали несущие элементы. Камеру перекосило. Пол ушёл под уклон. Одна из платформ потеряла опору и рухнула, проламывая настил.

— Есть! — заорал кто-то.

Мы прорвались в следующий проход буквально по дыму и обломкам. За спиной продолжало рушиться. Металл не выдерживал, видимо сеть СОЛМО и предположить не могла, что когда-то в её командных центрах будут проходить ожесточенные бои с использованием всего, что стреляет и взрывается, и в некоторых помещениях запас прочности был недостаточен.

Мы шли быстро, мгновенно сметая охрану и прокладывая себе путь к внешней обшивке. Баха совершил ошибку, думая, что знает всё о нас. Он думал, что если попытка прорыва и будет, то мы попытаемся сразу добраться до него пользуясь тем, что уже находимся рядом с узлом управления, а мы просто бежали оттуда так, что пятки сверкали, снося всё на своем пути, и он пока не успевал реагировать. Мы не пользовались коридорами и техническими тоннелями где он мог построить оборону, мы ломали переборки.