Первые сигналы тревоги в системе СОЛМО вспыхнули через двадцать секунд.

Федя вывел поток телеметрии:

— Фиксирую массовые отклонения трафика. Фиксирую атаки групп биотехноидов на три периферийных командных узла. На семь командных узлов… шестьдесят четыре командных узла… Одновременные.

— И отлично, — сказал я. — Пусть теперь побегают.

СОЛМО отреагировали предсказуемо. Боевые платформы, дежурившие в среднем радиусе от командного центра, начали срываться с маршрутов. Не все сразу — волнами. Сначала ближайшие, потом — те, что стояли на усилении патрулей. Узлы отдавали приказы быстро, без сомнений: угроза внешняя, требуется концентрация сил.

Патрульные маршруты начали уплотняться. Те сектора, через которые мы прошли час назад, уже кишели движением. Но это было движение от нас, не к нам.

Федя подсветил схему:

— Перераспределение завершено на шестьдесят процентов. В ближнем периметре командного центра дефицит мобильных платформ. Предположительно ожидается получение команды на охрану центра всеми свободными боевыми единицами.

— То есть нами, — уточнил я.

— Такой вариант возможен с вероятностью восемьдесят три процента.

Трофей получил новый запрос почти сразу. Стандартный. Холодный. Формальный.

«Подтвердите готовность к выполнению функции охраны объекта. Назначение: ближний периметр. Статус: временное усиление».

Я дал подтверждение без паузы.

— Принято, — сказал я в пустоту. — Готовы.

Ответ пришёл мгновенно. Как будто нас ждали.

Сопровождение из охотников перестроилось. Один ушёл вперёд — «разведка». Два сместились ближе к трофею — «щит». Пятый остался сзади, замыкая формацию. Всё по инструкции СОЛМО. Всё правильно.

— Допуск подтверждён, — доложил Федя. — Мы в списке охраны. Уровень доверия — высокий.

— Вот и славно, — пробормотал я.

Трофей вошёл в ближний периметр командного центра СОЛМО под видом усиления охраны. Мы шли туда, куда чужим не летают. Туда, где не ждут удара изнутри.

Я нервничал, но старался действовать хладнокровно. Чтобы немного отвлечься и успокоить себе нервы я снова проверил готовность десанта. В штурмовом отсеке ничего не изменилось. Бойцы сидели молча. Кира приняла мой вызов по внутреннему каналу.

— Мелкая, мы почти на месте. Нас считают за своих, и даже отправили на усиление охраны командного центра.

— Почему нас? — Удивилась Кира — Почему нашу группу не послали отбивать атаку АВАК?

— Потому что у нас не боевой корабль, а управляющий хаб — Начал объяснять я Кире логику СОЛМО — А еще у нас в сопровождении устаревшие охотники, которым давно пора на свалку. В принципе оттуда мы их и забрали. К тому же наш хаб поврежден. Как боевая единица мы почти ни чего для СОЛМО не представляем, и в бою от нас толку он не ждет. Поэтому отбивать атаку биотехноидов отправлены свежие боевые платформы, а их место занимают корабли вроде нас — повреждённые инвалиды и старье. Мы сейчас просто «удачно» подвернулись под руку, и нами заткнули дыру. Командные центры слишком ценное имущество, чтобы экономить на их обороне, поэтому СОЛМО бросит все силы чтобы остановить противника на подходах к ним. Зато у нас теперь есть хороший шанс попасть в командный центр без боя в космосе. Главное, чтобы уже внутри мы не обделались.

— Понятно. У меня все готовы, — ответила Кира. — Ты только доставь нас до места, а там мы не подведем.

— Куда вы денетесь, с моей подводной лодки, — нервно рассмеялся я. — У нас у всех просто нет уже другого выбора.

Снаружи система жила своей обычной тревожной жизнью. Платформы СОЛМО уходили на подмогу. Патрули усиливались. Узлы считали, пересчитывали, снова считали. Они тушили пожары, которые мы сами же и зажгли — аккуратно, дозированно, в нужных местах.

А мы были частью их решения.

Трофей занял позицию у внешнего кольца командного центра. Охотники встали на дежурство. Нам присвоили временный идентификатор охраны объекта. В системе мы стали «необходимыми».

Сейчас я разглядывал цель нашего визита в это осиное гнездо. Огромная хрень, размером с небольшой спутник какой ни будь планеты. Строил этот центр явно не человек. Мрачные и подавляющие формы, лишенные четкой, понятной человеку логики и вызывающие чувство тревоги, лабиринт из металла и композита. Не будь у меня данных АВАК, боевые биоформы которых уже разносили подобные штуки на куски, я бы растерялся, не зная, как подступится к этому инженерному «чуду». Но слава богу и тому же самому АВАК, нам не придется идти на авось, теряясь и тратя драгоценное время в бесконечных технических тоннелях этого монстра. Куда стыковать корабль, куда потом идти и что делать, когда мы доберемся до цели, я знал совершенно точно.

Федя вывел финальную строку:

— Мы внутри. Ближний периметр охраны. Помимо нас охрану осуществляют шесть автоматических платформ. В течении шестнадцати минут ожидается подход еще девяти боевых единиц противника.

Я посмотрел на таймер. Потом на схему центра. Потом на внутренний канал. Я выдохнул и снова перевёл взгляд на схему.

— Шестнадцать минут, — вслух сказал я. — Более чем достаточно.

Федя подсветил траектории охотников. Пять старых платформ, каждая со своим набором ограничений, люфтов и «врождённых» ошибок навигации. Именно за это я их и любил.