Зайдя в дом, первое, что я услышала — мужские громкие разговоры. Это были не два человека, а несколько. Они что-то очень бурно обсуждали и говорили на повышенных тонах. Это все происходило в каминной комнате. Сквозь разговор я услышала голос отца, он был строгий и даже грозный, не такой, каким он общался со мной. Сейчас в его тоне слышалась власть и твердость. Из-за дальности я не могла расслышать слова, но меня зацепили обрывки фраз, в которых упоминается наш город и подчинение кому-то.

Мне стало интересно, хотя я далеко не любопытный человек, о чем именно идет разговор и кто находится за дверями каминного зала. Как-то само собой, шаг за шагом, я направилась в ту сторону. Шла я тихо, стараясь вслушиваться, и чем ближе подходила, тем отчетливее расслышала разговор о некоем вернувшимся Петре, который захочет получить свою половину. Но половину чего, было непонятно. И нет, чтобы остановиться и послушать из укромного места! Я пошла дальше, пока не наткнулась на четырех крепких ребят, что стояли по обе стороны от двери. Одни были из нашей охраны. Это можно было понять по спецодежде, а вот вторые ребята были одеты в простую повседневную одежду: черные джинсы и такого же цвета свитер. Они стояли друг напротив друга и молчали, меряясь взглядами.

Увидев их, я хотела быстро повернуть назад, но не успела. Один из парней меня заметил и оповестил об этом всех остальных.

— Как ты сюда попала? Ты кто? — прогремел амбал, резким движением приблизившись ко мне.

Но к моему счастью, отвечать мне не пришлось, так как охрана отца тут же преградила ему путь, и я уткнулась носом в спину одного из парней. От открытой агрессии в мою сторону стало немного не по себе. Что я такого сделала, что ко мне нужно относиться подобным образом? И тон, которым ко мне обратились, меня сильно напугал.

— Это свои! Не подходить! — так же грозно ответил парень, закрывающий меня. Амбал что-то фыркнул про себя, но отошел на свое место. Парень обернулся ко мне и сказал с явной озабоченностью в голосе: — Вам не стоит здесь находиться! Пойдемте, я вас провожу в вашу комнату.

— Хорошо… — испуганно ответила я, пятясь назад. От шока я даже забыла, зачем сюда шла, и голоса в каминном зале, меня больше не интересовали! Я видела перед собой только эти наглые рожи и ярость, с которой на меня они поглядывали.

— Я сам! Стой здесь! — прогремел за спиной голос Назара, словно гром среди ясного неба! От неожиданности я вскрикнула и подскочила на месте, хватаясь за грудь, где гулко стучало сердце.

— Господи… — повернулась я на голос рядом. Передо мной стоял взволнованный Назар. Он осмотрел меня с ног до головы и с прищуром посмотрел на ребят из нашей охраны. В руке он держал рацию. — Ты напугал меня!

— Тсс… Идем.

Назар схватил меня за руку и повел за собой. Его ладонь была теплая и мягкая. Он сжимал мои пальцы, причиняя некоторый дискомфорт, но убирать его руку мне не хотелось. Я послушно шла за ним, пока он не привел меня в мою комнату.

Назар закрыл за собой дверь, отпустил меня и поднес к губам рацию.

— Объект в безопасности…

— Принято… — послышался хрипящий голос в ответ.

Я стояла там, где меня поставил Назар. Меня настолько сильно поразило то, что сейчас происходило внизу, что я находилась в неком коматозе и не могла сдвинуться с места. Странные люди со злыми глазами, громкие разговоры, угрожающие взгляды — все это меня до жути напугало!

— Ты зачем пошла туда? — раздраженно задал вопрос Назар в своей манере говорить.

— Я не знаю. Я просто… Я… — слова путались, и я не могла найти ответа, зачем я действительно туда пошла. Хотя я ведь не знала, что мне воспрещается что-либо делать в этом странном доме! Я опустила взгляд и посмотрела на свои руки. Они тряслись, а на глаза почему-то накатились слезы, хотя я вовсе не хотела плакать. Мне вдруг стало так холодно и неуютно, что казалось, я стою на сквозняке.

Я не заметила, как Назар оказался рядом со мной, но я за секунду очутилась в кольце его рук, твердо прижатой к груди.

И тут меня накрыло. Все эмоции вырвались наружу, и я зарыдала в голос.

— Ну… Не нужно плакать… — послышался голос Назара. Он говорил мягко, как до этого он никогда не говорил. Одна его рука лежала у меня на затылке, а второй он успокаивающе гладил меня по спине. Стало очень приятно от его близости и заботы. — Тшш… Я не хотел тебя пугать. Прости…

Не знаю, что меня больше добило, его неожиданная мягкость или его касания, но я не могла остановиться, всхлипывая все громче. Слезы лились по щекам, оставляя мокроту на майке Назара. Я обвила руки вокруг его пояса и уткнулась носом в твердую, как стена, грудь, вдыхая успокаивающий запах его духов.