Без ложной скромности можно сказать что наше конфу оказалось сильнее. Хотя, окажись в руках оппонентов холодное оружие — исход был бы не так очевиден. Самое противное что мелкая стычка была преподнесена уважаемым Лерам как пример нашей с Максом подлой натуры, что вызывало дополнительные эмоции при виде симпатичных блондинчиков. Особенно когда мы «добровольно» помогали хозяину постоялого двора колоть дрова и убирать навоз. Что был весьма доволен бесплатной рабочей силой предоставленной Лером Мэдом для выработки привычки к труду и усердию молодых абитуриентов.

Мара, с которой отношения не сложились ни у меня, ни у Макса, сперва весьма радовалась нашим трудовым успехам. Всячески выражая симпатию молодым Лерам, пока следующим вечером её «твердыню» чуть было не взяли приступом, разложив двумя парами рук на сеновале. Куда дурёха сунулась на романтическое свидание с красавчиком Васо. Наивно пологая что пленила молодого аристократа своим умом и красотой. Надеясь ничего не давая взамен, в ближайшее время, попользоваться своим влиянием. Увы. В отличии от Арвида, что терялся и краснел, стоило плутовке состроить ему глазки, Васо подход имел сугубо практический и привык пользовать у себя на местности всех симпатичных девок по прямому назначению. Если за ними не стояли богатые и влиятельные родственники, что могли принести серьёзные неприятности.

Спасённая по чистой случайности привлечённым шумом Вардом, командиром отряда наёмников девица горько рыдала, пока воин пинками гнал молодых насильников на глаза наставникам. Зря…

Лер Порто ограничился нотацией своим воспитанникам, вызвав неподдельное чувство гнева среди наёмников и нашей компании. У всех. Кроме Мэда с Эльзой, что посчитали некорректным вмешиваться в дела другого Лера. Хитромудрый Порто поведал, что раз дело было не доведено до конца, то может рассматриваться как намерение, а не проступок. Ибо не фига девке соблазнять своими формами «подростков». Парни молодые, незрелые и таким свойственно ошибаться…

Отослав недовольных наёмников Порто перевёл своё внимание на нас

— Вы, все вместе, будущие адепты нашего Конклава, должны любить и уважать друг друга…

Речь затянулась на полчаса, сдабриваемая ссылками и примерами любви и взаимовыручки из жизни наставника. Я благоразумно помалкивал, кивал и пучил глаза, стараясь вид иметь придурковатый и исполнительный. Арвид с Максом смотрели на меня как на олигофрена, пытались спорить с Порто, ничего не добившись в конечном итоге. Лишь продлили время промывания мозгов. Мара видимо вообразила что я, как натура мстительная, наслаждаюсь её унижением. По окончании речи Лер Порто обратился ко мне, как к самому примерному слушателю:

— Скажи, молодой орк по имени Тороп. Что ты вынес из этого урока?

— Лер. Случись какая оказия, возлюблю Васо и Мисо по полной программе!

Выдал я с энтузиазмом.

— Как это понимать?

— В самом лучшем смысле!

— Да?

С сомнением переспросил наставник.

— Точно так!

Преданно глядя в глаза заявил я

— Хм, свободны

Как и ожидалось никакого наказания не последовало. Видимого. Нам было сказано что молодые господа наказаны и вынуждены заучивать мудрёные тексты, которые хорошо воспринимались только в положении лёжа, особенно в утренние часы, когда мы с Максом шустрили по кухне. Хотелось сочувствовать будущим «товарищам», жаль некогда…

С этого момента Мара окончательно разочаровалась в «братьях» блондинах и начала более-менее с нами общаться. Своим приятелям я не сказал, что случайно подслушал разговор наставников. Помимо не значимой пока для меня информации там промелькнуло что Лер Порто является одним из преподавателей нашего «курса». Да и вообще… аристократы эти… подальше держаться надо. Ворон ворону… Нормальные симпатии я испытывал только к Арвиду, чистому душой человеку. К сожалению складывалось так, что парень по каким то причинам не должен был с нами учиться. Жаль. В остальных… к чему судить раньше времени, разберёмся…

Ситуацию с кристаллом я отодвинул на задворки сознания. И чем больше проходило времени, тем меньше верилось в происшедшее. «Рассказанная» безумным гоблином история воспринималась сейчас фантазией больного существа. Сам я не помнил того момента. С такой же уверенностью можно было утверждать что мне нравиться пить кровь и питаться мертвечиной, что часто происходило в ночных видениях. Никаких особых изменений в повседневной жизни не случалось. Состояние недомогания объяснялось что прилетело на этот раз крепко. Слишком часто и постоянно доставалось. Должно было рано или поздно сказаться. Разве что сны… Такие яркие и необычные. С другой стороны… Кошмары, случалось, и раньше снились. Не так часто и как правило забывались практически сразу, но всё же бывало, пусть и редко. Я ещё давно заметил как сильно изменился в этом мире. Смешно было вспоминать прежние суждения и образ жизни. Давно стал другим. И мне это нравилось. А ночные видения… мелочь, забавное, пусть и неприятное развлечение. Странное порой… будто чужой жизнью живу или прошлое вспоминаю…

Небо перестало рыдать и у нас наконец появился шанс покинуть это порядком обрыгший городишко. Погрязший в грязи и воде. Вот уж разверзлись хляби небесные… После случая с Марой на все возможные способы душевного отдохновения наставники наложили табу. По девкам не побегаешь — харам от хе… сорри, Лера Порто. Ибо не подобает, и прочая тому подобная чушь. Про целибат разговоров не было. Задолбал. Если что, то я против. Что не мешало толстяку пялиться на работниц кабака и крутить шуры-муры с пожилой вдовой купчихой. По волею случая застрявшей вместе с нами. А ещё я возненавидел кисель, который по указанию Лера Порто начали давать утром и вечером вместо пива. Да и с остальным питанием как то несложилось. Выслушав на днях очередную лекцию о вреде мясной пищи для вставших на путь познания магии, а также пользе воздержания, я по простоте душевной пропустил эту ересь мимо ушей. К сожалению Лер человеком был последовательным и принципиальным. Следующий приём пищи показал всю неприглядность питания абитуриентов местного Хогвартса. Вместо сочного, истекающего жирком, только что из печи, домашнего гуся фаршированного яблоками и гречневой кашей, мы получили какую то размазню с редкими, волокнистыми кусочками мяса и этот самый… кисель. Аппетит, жаждущий волнительной встречи с источником восхитительных запахов, судорожно дёрнулся и убежал, обиженный и оскорблённый. Я конечно съёл это неприятное блюдо, но без всякого удовольствия. Только из принципа. А несчастный гусь нашёл упокоение в утробах наших уважаемых Леров.