— На что уставился?

— Показалось, что там кто-то есть. — Ответил я скороговоркой, одновременно прикидывая, куда можно ломануться в случае обстрела. Орки, несмотря на все стереотипы, луки любили и ими владели на достойном уровне. В то же время щиты у нас — одно название, чуть побольше баклеров, так что о всяких черепахах даже думать не стоило. А камней в относительной близости просто не было…

— Уверен, что показалось? — Наш десятник, шедший по левую руку от меня и бывший самым крайним, — читай — самым уязвимым, — заметно напрягся, вперив взгляд туда же, куда и я. — Можно проверить, за осторожность нам только спасибо скажут.

«А некогда уже проверять…» — подумал я, вскидывая щит и устремляясь вперёд, стремясь выйти из зоны поражения только-только взметнувшихся в воздух камней стрел. Их было не то, чтобы очень много, но даже две-три волны по пять десятков за раз — уже проблема. Враг бил из-за камней, и напрямую нашим стрелкам их было не достать.

Остановился я лишь когда из-за ближайшего валуна показалась пара орков, явно жаждущих окрасить металл своих тесаков в цвет моих внутренностей. Рядом вскинули мечи эльфы, а после началось то, что принято называть свалкой. Орков было не много, но они всё равно смогли нас окружить и навалиться со всех сторон. Два к одному виделось мне наиболее близким к реальности соотношением сил, так что шансы у нас были неплохие… Не победить, нет — это событие произошло бы с гарантией. Вопрос сейчас заключался в том, какие потери омрачат эту победу. Орки, сколь бы сильны и массивны они ни были, проигрывали хорошо обученным воинам эльфов, которых поддерживали маги и уцелевшие Драхны. То тут, то там раздавался болезненный вой десятков глоток, убиваемых проклятьями, а теперь уже немногочисленные орочьи стрелы просто рассыпались в воздухе, не успевая добраться до своих целей. Взаимодействие эльфийских отрядов находилось на уровне, в то время как серокожие предпочли просто навалиться толпой, мешая друг другу и образовывая своеобразные заторы.

В такой ситуации мне оставалось только держаться поближе к своим, время от времени задевая клинком открывающихся для удара орков. Урона вылетало немного, но живым противникам хватало и самого факта раны с кровотечением — умирали они из-за этого быстро, так как бой — это не дуэль один на один. Тут чуть замешкался — и всё…

[Орк-воин 25-го уровня, получил урон — 33 единицы. Остаток здоровья: 267 единиц].

Нанесённый со всей силы удар оставил на предплечье серокожего только царапину глубиной в пару сантиметров и длиной — в десять, так что на серьезный урон рассчитывать не приходилось. Умения я тоже не использовал из-за крайне неприятной задержки перед применением, лишающей меня подвижности и позволяющей с лёгкостью насадить тщедушное эльфийское тело на клинок…

Мне выпал очередной шанс, и лезвие меча с едва ощутимым сопротивлением разрезало кожу на груди орка, в ответ оскалившего клыки и зарычавшего. Невольно поймал себя на мысли о том, что рубящий удар и вовсе лишил бы врага жизни, но от привычек избавиться не так просто. Пришлось отступить, позволяя другим, более опытным и не ценящим свои жизни эльфам добить рассвирепевшего серокожего, отчаянно размахивающего боевым топором в тщетных попытках кого-то достать. Будь он хоть капельку умнее, то сделал бы пару шагов назад, но оркам явно не хватало умения себя контролировать в горячке боя. Прошло всего несколько секунд, а дважды раненый мною великан уже лежал на земле и не подавал никаких признаков жизни.

Опыта, что примечательно, мне не дали, а это означало только одно: максимально простой путь прокачки был закрыт. Не получится у меня поднять уровни и, соответственно, параметры. Дилемма: в текущем состоянии я на один зубок не только любому Драхну, но и орку, так как реальное понимание того, как сражаться без моих печатей, в голове отсутствовало. Без превосходства в параметрах, без умений, без экипировки, без навыков — что я мог противопоставить двухметровой громаде, с лёгкостью разрубающей на части не только щиты, но и укрывающихся за ними эльфов?

У меня отобрали костыли, сполна показав, насколько я плох на самом деле.

— Назад, все назад…! — Неузнаваемый из-за шума схватки голос заставил меня оторваться от врагов напротив, число которых, казалось, не уменьшилось ни на единицу. Взгляд скользнул поверх их голов, поднялся к валунам — и замер, в то время как мозг на пределе своих возможностей искал выход из ситуации.

Волчьи всадники. Орки, облаченные пусть в плохую, но всё-таки кожаную броню сами по себе становились опаснейшими противниками для вооруженных мечами эльфов, а уж если их посадить на огромных, лоснящихся серой шерстью волков, вручив в руки тесаки с удлиненными рукоятями, то это превосходство становилось ещё более явным. Кроме своеобразных глеф я разглядел ещё массивный боевой цеп и, кажется, что-то вроде копья. К таким не подойдёшь на расстояние удара раньше, чем тебя нафаршируют сталью, а заваливать врагов трупами у нас просто не было возможности — численность играла против нас.

Впрочем…

Когда на орков обрушилась гнетуще-чёрная волна, налетевшая из-за наших спин, я облегчённо выдохнул. Драхны не зевали, оперативно реагируя на напряжение, то и дело возникающее на разных участках периметра. По сравнению с ними что десяток, что сотня эльфийских мечников казались мне совершенно бесполезными существами, играющими роль мясного заслона. Особенно ярко это выражалось по общему числу убитых: от магии орков погибло куда больше, чем от мечей.

А в следующий момент игра напомнила мне, что даже будучи этакой бесполезной декорацией отвлекаться не стоит: четверо волчьих всадников, переживших магическую атаку, за какие-то секунды преодолели полста метров и ворвались в наши ряды. Тот, что был ближе ко мне, орудовал двуручным мечом, уже умертвив двоих эльфов-пехотинцев. При этом его волк тоже не страдал от безделья, догрызая глотку чёрт знает какого по счёту бойца. Как-либо помешать этой воплощённой мясорубке, — что называется — почувствуй себя беспомощным мобом, на которого налетел перекачанный игрок, — я не мог, но и отступать было некуда. Рубка шла всюду, куда ни кинь взгляд. Орки добрались даже до расположения магов, не позволяя последним отвлекаться на поддержку остальных отрядов…

Земля и небо неожиданно поменялись местами, а я понял, что прямо сейчас плашмя лежу на холодной каменистой почве с раскалывающейся от боли грудью. Перед глазами скакали красные пятна, по вискам, проторивая себе дорожки на раскалившейся коже, стекали многочисленные капли пота, а пальцы колотила дрожь. Пошевелил сначала ими, а после — ногами, только после этого «комплекса упражнений» додумавшись взглянуть на строчку дебаффов.

Один-единственный значок списал по двадцать процентов с каждой характеристики на полчаса и повесил паралич на пятнадцать секунд. При этом полоса здоровья опустела на целую треть, что не сулило мне вообще ничего хорошего.