Переключившись на Аспект Ветра, я мягко подхватил себя, приподняв над палубой на пару метров и позволяя ковчегам одному за другим скользить подо мной. Щелкнул магнитными застёжками — и вокруг меня вспыхнул полупрозрачный пузырь защитного поля из эдры. И только после этого я взмыл над верхушками деревьев и набрал скорость.

Этот защитный кокон — наше с Дариной совместное изобретение. Её познания в языке рун варманов и мой Дар в Аспекте Ткача позволяют создавать сложные и довольно мощные артефакты — ничуть не хуже тех японских диковин, что привёз из своих странствий Путилин.

Свою лётную защиту я называл просто и без затей — Пузырь. Хотя Полиньяк уже придумал более пафосное название — Эгида. Устроена она довольно мудрёно — в подкладку моей меховой куртки зашита целая сеть из серебряной проволоки, связывающая между собой множество кристаллов эмберита — в основном жар-камня и электрического гром-камня.

В пассивном режиме эта сетка просто даёт дополнительный обогрев, но в активном — ещё и формирует довольно крепкий барьер. Это уже не просто ветровое стекло из эдры, облегчающее полёт, но и неплохой щит. По крайней мере, револьверные пули он с десяти шагов держит — проверено. А с большего расстояния и винтовочный патрон должен остановить. Или, по меньшей мере, сильно замедлить.

Недостаток только один — изнутри пузырь не совсем прозрачен и окрашивает всё вокруг в коричневатые тона — будто смотришь сквозь бутылочное стекло. Ну, и в активном режиме довольно быстро, за несколько часов, садит «батарейки» — те кристаллы эмберита, что служат ему для подпитки. Так что их нужно периодически менять. Но это сущие мелочи по сравнению с пользой этого артефакта.

А главное — прямых аналогов у этого щита нет. Самое близкое, что я находил— это прототипы силовой брони, работающей на магнитном эмберите, усиленном гром-камнем. Но это так, жалкое подобие — громоздкие, неуклюжие, шумные штуки, генерирующие поле, способное отталкивать летящие сквозь него предметы. Годится только для установки на транспорте — например, на «Чудотворце» такие тоже есть. Но о моделях для индивидуального использования даже мечтать не приходится.

В перспективе хотелось бы оснастить такими защитными пузырями каждого члена экспедиции. Но на это не хватило времени, так что пока в отряде всего несколько работающих прототипов, и самый мощный — у меня.

Впрочем, мне он и нужнее всего, потому что без такой защиты я бы попросту не смог нормально летать. Разве что скрестить Аспекта Воздуха с каким-нибудь защитным, но пока с этим пришлось повременить — попросту не было подходящих трофейных Даров. Наиболее подходящий — это Аспект Зеркала, который я отнял у Фомы Кудеярова. Но на него у меня пока другие планы. Он сам по себе достаточно сильный и главное — редкий. Так что в идеале хотелось бы добавить его к своей основной боевой форме.

Вообще, моя бы воля — я бы слил всё, что у меня есть, в единый многогранный Дар. Это было бы гораздо удобнее, чем постоянно переключаться между Аспектами, особенно в бою. Но, увы, с этим всё не так просто. Дарина вообще была поражена, как я в своё время смог самостоятельно, по наитию, добавить к Дару Зверя дополнительные Аспекты. И, как правило, смешанные Дары редко сочетают в себе больше двух граней, максимум — три.

Но я — Пересмешник. Кто знает, может, у меня получится преодолеть эти ограничения. Всё дело лишь в повышении общей мощности Дара, в укреплении тонкого тела. Я уже здорово продвинулся, сформировав в грудном узле твёрдый карбункул. Но это точно не предел. Всё, что мне нужно для роста — это новые трофеи и эдра. Много, много эдры. В таких количествах, что встречается только глубоко в Сайберии.

Пока же я старался максимально эффективно использовать то, что есть. А Аспект Ветра слил воедино с Даром, захваченным у Вяземского. И это оказалось весьма удачным решением.

Во-первых, вместе эти Аспекты получили сильный эффект синергии — и летать, и управлять другими предметами на расстоянии у меня стало получаться гораздо легче, расход эдры тоже заметно уменьшился. Дарина даже пыталась объяснить мне природу этого явления, но, откровенно говоря, я пока не совсем понял.

Во-вторых, в сочетании с телекинезом Аспект Ветра из чисто транспортной фишки превратился уже в альтернативную боевую форму — я мог на лету притягивать к себе предметы или наоборот отшвыривать их. И по мере общего роста мощности моего Дара росли и возможности этой формы — я летал всё быстрее и выше, а усилием мысли мог ворочать всё более массивные болванки, уже пудов по десять весом.

Опять-таки — главное, чтобы эдры хватало.

А эдру я в период подготовки к экспедиции и так поглощал прямо-таки в промышленных масштабах. Например, гранитный дуб в Академическом парке иссушил до такой степени, что это начало сказываться на его внешнем виде. Ректор университета и некоторые преподаватели, включая Коржинскую, даже обратились ко мне с просьбой оставить бедное дерево в покое. Как-никак, живой талисман заведения уже для нескольких поколений студентов. Я согласился. Впрочем, и без этого мне всё сложнее стало выбираться к дубу — шпики Горчакова следили за мной днём и ночью.

Я продолжил тренировки дома, в основательно перестроенном для этого гараже. Большая его часть, за исключением площадки для стоянки двух автомобилей, была отведена под мой личный полигон. Через Демьяна я заказал у местных столяров кучу манекенов и мишеней из камнедрева и стальных листов. Хватало их ненадолго — каждые несколько дней покорёженные обломки приходилось вывозить на свалку.

В первую очередь я, конечно, тренировал основную Боевую форму — гибридный Дар на основе Аспекта Зверя, скрещенного с Аспектами Укрепления и Ускорения. Учитывая, сколько противников с Даром Зверя я успел сожрать, эти Аспекты оказались у меня самыми развитыми. Но я продолжал усиливать их дальше — учился пользоваться Боевой формой, гораздо лучше понимая свои возможности и их пределы.