— Можете убедиться сами. У меня есть копия отчёта Службы Экспертизы, — невозмутимо произнёс он и достал из ящика стола несколько листов, сшитых красной ниткой. — Аркадий Францевич подтвердит — этим отчётам можно верить.

Я машинально взял бумаги, но даже не взглянул на них.

— Какая, к чёрту, разница? — глухо проговорил я. — Это Феликс натравил на Аскольда своих упырей. Я уверен.

— Допустим. Но, раз уж вы так уверены в своей правоте… Какого наказания, по-вашему, заслуживает Орлов-младший?

Я невольно засопел, втягивая носом воздух. Ну вот что он вцепился в меня, как клещ? И вопросы-то задаёт какие-то… Дурацкие.

— Ну, а как вы думаете? Он пытался убить моего отца! — процедил я.

— Не берусь оспаривать, что Аскольд и правда был вашим отцом. Отмечу лишь, что вы ведь даже не знали его. И познакомились всего за несколько дней до его смерти.

— И что это меняет?

Он вздохнул и пожал плечами.

— Ну да, ну да. Всё-таки кровь — не водица… Ну, положим, вы действительно правы, и Феликс и правда покушался на Аскольда. Но вы не ответили на мой вопрос. Так какого наказания вы жаждете для него? Вы не согласны с решением Трибунала?

— Ну что вы, — с сарказмом отозвался я. — Кто я такой, чтобы оспаривать решения Трибунала?

— Давайте без ёрничанья. У вас была возможность убить Орлова-младшего, но вы этого не сделали. Вместо этого вы лишили его Дара и передали Трибуналу. Трибунал же даёт ему возможность искупить вину через поход в Сайберию. Кстати, славная древняя традиция. Вы против? И всё же хотите довести эту вендетту между вашими семьями до конца?

— Я… Не собираюсь убивать Феликса Орлова, если вы на это намекаете. По большому счёту, мне на него уже плевать. Мне просто не хочется, чтобы он болтался у меня в отряде.

— Просто. Не хочется? — убийственным тоном переспросил Горчаков, приподняв бровь.

Я вздохнул. Ну, всё. Похоже, мне удалось разозлить даже эту живую ледышку.

Впрочем, внешне это на нём почти не отразилось. Он лишь говорить начал ещё чётче, и в голосе прорезалась сталь.

— Господа, по поводу вашей экспедиции я получил чёткие указания от самого императора. Я не в курсе всех деталей, но преподносилось всё едва ли не как спасение человечества. И если это действительно так, то мне думается, что медлить с этим вопросом нельзя. Или ледяные демоны уже передумали наступать на нас с востока?

— Позвольте, я скажу, Михаил Александрович, — с немного виноватым видом взглянув на меня, поднялся со своего места Путилин. — Думаю, дальнейшие дискуссии излишни. Вы правы — мы не должны забывать о том, насколько важна эта миссия. И для её успеха мы готовы пойти на всё. Если это необходимо, мы выступим раньше. Ну, и с Орловыми… Думаю, мы сумеем найти какое-то компромиссное решение. Под мою ответственность.

— Хорошо. Тогда закроем этот вопрос раз и навсегда. А теперь — к делу.

Когда Горчаков встал из-за стола, обнаружилось, что и роста он невысокого — почти на голову ниже меня. Однако держался он с такой уверенностью и достоинством, что подавлял окружающих. Будто маленькая чёрная дыра, искривляющая пространство вокруг себя.

Я в который раз окинул взглядом его тонкое тело, проверяя — может, у него всё-таки какой-то хитрый дополнительный Аспект, влияющий на сознание. Что-нибудь вроде Морока. Но нет, никакой магии, чистая харизма. Ну и, пожалуй, дело в осознании того, какой властью обладает этот человек. С тех пор, как он встал во главе губернии, прошла всего пара месяцев. Но разговоры о крутом нраве Михаила Александровича начали ходить с первых дней. Вяземский по сравнению с ним — плюшевый медвежонок.

Наверное, в этом есть свой резон. Император поставил Горчакова этаким кризисным управляющим в губернию, до этого десятки лет находящуюся под властью Вяземского. И нужно в краткие сроки установить контроль над этими территориями. Говоря метафорически, сменить герб с головой мамонта на имперского двуглавого орла. Нравится это, мягко говоря, не всем, и любые возражения и попытки бунта Горчаков подавляет быстро и безжалостно. Головы бывших соратников Вяземского летят одна за другой. И это уже без всяких метафор.

— Итак, Тегульдетский острог, — губернатор ткнул в карту изящной тонкой указкой, видимо, продолжая тему, уже начатую до моего прихода. — Около трехсот вёрст к северо-востоку от нас, на реке Чулым. Острог относительно новый, выстроен лет семьдесят назад рядом с крупным месторождением электрического эмберита. Правда, в последние годы добыча резко сократилась, большая часть жил уже выработана. Но это всё ещё важный опорный пункт на Чулыме, и его нужно сохранить.

— И, как я и говорил, это в стороне от планируемого маршрута экспедиции, — не удержался от комментария Путилин. — Мы планировали двинуться южнее, через Ачинский острог. А так придется сделать огромный крюк.

— Зато дорога удобная, — парировал Горчаков. — Зимой до Тегульдета добираются по реке, на санях. Да и до Ачинского острога можно будет доехать так же. Да, это крюк, и сама река очень извилистая. Но это проще, чем продираться сквозь тайгу. Если с погодой повезёт — доберётесь до Тегульдета за три-четыре дня. Поможете там Стрельцову, а потом повернёте на свой маршрут. На всё, про всё — думаю, недели две-три, не больше. Заодно и тренировка для всего отряда, перед тем, как сунетесь в совсем уж дикие места.