сейчас… Оби-Ван нахмурился, анализируя свое отношение к жизни. Чем дальше, тем больше он забывает о нуждах тела. Он ведь призрак… но его сын — нет! А значит, проблему требуется решать. Срочно. — Ты прав, Баки, — решительно посмотрел он на внимательно наблюдающего за ним сына. — Требуется экипаж. Такой, который не будет создавать проблем и не попытается банально спереть корабль. — И где такой взять? — с сомнением сморщил нос Баки. — Регион Экспансии, — пояснил Оби-Ван. — Я знаю, что уцелевшие клоны бежали именно туда. — Ты уверен в их лояльности? — прищурился

Баки и зажевал последний батончик. — Уверен, — твердо ответил Оби-Ван. Баки потянулся, как ленивый разоспавшийся кот, и вскочил на ноги. — Ну тогда двинули за ними. Показывай, куда лететь. Баки привычно устроился в капитанском кресле и сосредоточился. Сила, его и Оби-Вана, смешалась и растеклась по огромному кораблю, заполняя его до последней заклепки. Двигатели взревели, на экранах замелькали координаты, они набрали скорость — и звезды смазались, когда «Лусанкия» скользнула в гиперпространство. Баки улыбался: непередаваемое чувство — управлять таким кораблем. Регион Экспансии был огромен, и искать там конкретную планету или спутник можно было до морковкина заговенья, как говорил когда-то Лукин, но Оби-Ван задал точные координаты прыжка, так что из гипера «Лусанкия» вышла на высокой орбите планеты, из космоса выглядевшей синей и зеленой. — Почти как Земля… — протянул

Баки. — Только синего больше и полярных шапок нет. — Сектор Практа, система Нексер, планета Джуб, — коротко сообщил Оби-Ван, разглядывая планету со странным выражением лица. — Климат неплохой, коренных жителей нет. А пришлые… они называют планету Брат. Vod на мандалорском. — Ты им доверяешь? — тихо спросил

Баки. — После Чистки, после… всего. Оби-Ван долго молчал, смотря сквозь обзорный экран. — Они были как дроиды, — неожиданно начал он. — Вот они светятся в Силе, каждый — индивидуальность, и вдруг их словно стерли. Выключили. Не они стреляли мне в спину и убивали моих братьев и сестер. Это был Палпатин. Его воля и Сила. И это был Энакин. Их — Палпатина, Энакина и тех, кто добровольно, понимая, что делает, шел на это, я могу обвинять. Клонов? Нет. Они послужили орудиями и, когда нужда в них отпала, ситхи живо списали их и выкинули, сломав. Я нашел ответ относительно недавно.

Чип в мозгу. — И никто не обнаружил? — усомнился Баки. — Невозможно было обнаружить, — вздохнул Оби-Ван. — Он был органическим, плюс расположен так, что невозможно достать, не убив, плюс находился в неактивном состоянии, плюс… — А

сейчас как? — Эта дрянь начала разлагаться уже через пять лет после активации, —

хмыкнул Оби-Ван. — Органика. Ситх все просчитал. Клонам на Камино так промывали мозги, что они буквально созданы для джедаев, что, когда чип ломался, девяносто пять процентов клонов кончали жизнь самоубийством, не выдержав осознания того, что они натворили. Остальные? Гибли, пытались вредить, пытались влиться в Восстание. Вот только доверять им никто не собирался, прав они не имели и не имеют… Выжила горстка.

— Как все знакомо… — процедил Баки сквозь стиснутые зубы. — Что мы будем с этим делать? Я так оставлять их не намерен, но и в том, как привести их в себя, ни хрена не понимаю. С собой-то до конца не справился. — Им просто надо дать опору, — прошептал

Оби-Ван. — Цель. Смысл. Дать понять, что они не виноваты. Сказать об этом. И, Баки…

Ты ни в чем не виноват. Виноваты те, кто делал из тебя вещь. Они. Не ты. — Спасибо, —

пробормотал Баки, отводя взгляд. — Я… Спасибо. — Им надо услышать, что их генералы их не винят, — скорбно вздохнул Оби-Ван. — Я им скажу. — Они услышат? — Да.

«Лусанкия» висела над планетой, и Баки просто чувствовал панику, ужас и отчаянное желание дать отпор, доносящиеся сквозь Силу. Он сел в катер и помчался вниз, и жалкая планетарная оборона не смогла его остановить: бешеные перегрузки, полет, сходу выдавший, что за штурвалом Одаренный… Катер приземлился прямо на главную площадь, на которую высыпали жители: поголовно в доспехах, пусть и старых, с оружием… Первым по трапу спустился Оби-Ван, сияя нестерпимым голубовато-белым светом, и поселение накрыла жуткая мертвенная тишина. Один из клонов, хромая, вышел вперед, содрал с себя шлем и рухнул на колени. — Генерал, — выдохнул он, умоляюще протянув пустые руки. — Генерал Кеноби! — Здравствуй, Коди, — тепло улыбнулся призрак. — Рад тебя видеть. Он опустился на колени рядом с пожирающим его безумным взглядом клоном, обнял, и тот буквально завыл, трясясь. Баки смотрел на эту сцену с трапа. И молчал. Клоны собрались вокруг Оби-Вана, и каждый старался коснуться его.

Почти все они плакали. Но слезы — это хорошо. Это правильно. Со слезами легче. Сам

Баки не замечал, но по его лицу тоже текли тихие слезы.

Слова Оби-Вана что-то стронули в нем, и теперь со слезами из него словно выходил тот стылый ужас, что сопровождал его годами. Становилось… легче. Баки прекрасно отдавал себе отчет в том, что он не станет тем легкомысленным красавчиком из Бруклина. В конце концов, Кулаком Гидры он пробыл куда дольше, чем гражданским. Но винить себя за прошлое Баки не собирался. Хватит. Он услышал от отца — а Оби-Вана он совершенно неожиданно начал воспринимать именно так — что тот его ни в чем не обвиняет. Именно то, чего он не дождался там, в той реальности. Клоны не могли прийти в себя долго. Они плакали, каждый старался коснуться Оби-Вана, убедиться, что пусть и призрак, он им не мерещится. Кеноби их утешал, заверял, что не держит зла, что они не виноваты, что он скучал, что сделал все, чтобы восстановить справедливость, что… Увидев, что клоны не в силах сдвинуться с места, он вздохнул и позвал Баки. — Коди, господа… Знакомьтесь, мой сын. Люк Кеноби. Они в едином порыве повернулись, уставившись на спустившегося по трапу Баки. — Точно Кеноби, — первым сказал Коди. — Рад знакомству. Вы… Вы же к нам по делу? — По делу, — кивнул Баки. — Мы угнали «Лусанкию», но управлять ею вдвоем утомительно. Вот, собираем команду. Желаете присоединиться? Сила вспыхнула шоком, радостью, ностальгией. — Вы еще спрашиваете, сэр! — воскликнул какой-то клон. — Я первым выберу койку! — Каюту, — с улыбкой поправил его Оби-Ван. — Для каждого из вас есть каюта, Прыгун. — Вы меня помните, генерал?! — пролепетал клон, спешно сдирая с себя шлем. — Конечно, помню, — заверил его призрак. — Как я могу вас всех забыть? Коди замер рядом с ним с таким видом, что сразу становилось ясно: даже если его убить, восстанет и продолжит идти за своим генералом. От такой преданности становилось жутко. — Так что, господа, — лучезарно улыбнулся Оби-Ван. — Кто-то хочет присоединиться ко мне? — У вас есть план, генерал, — утвердительно произнес

Коди. — Разумеется, дорогой, — подмигнул призрак, и клоны просто растаяли под его взглядом. — Палпатин мертв. Окончательно и бесповоротно. Мы убедились в этом с моим сыном лично. У нас есть корабль, из розыскных списков нас вычеркнули, так что мы летим на Набу. — Почему туда? — удивленно спросил кто-то. — Там моя родня по матери, — ответил Баки. — Семья Наберрие. — Наш генерал трахнул королеву! —

завопил кто-то, и напряжение взорвалось гиканьем и восторженными криками. Кеноби молча закрыл лицо ладонью. Коди фыркнул, но постарался сделать рожу кирпичом. Баки хохотнул, оглядывая толпу: клоны выглядели мощными, сильными, невзирая на седину и морщины, избороздившие смуглые лица. На вид им было под пятьдесят. — Так что, все летят? — Баки завертел головой. Сотни три, не больше. Все, что уцелело от нескольких миллионов. — Разумеется, — прожег его взглядом Коди. — Генерал от нас никуда не денется. А это, — он мотнул головой на похожие на бараки домишки, — не жизнь. —