— Продолжай, — кивнул я и вернулся к записям.

Через полчаса дверь мастерской открылась, и на пороге возник Варган. Его массивная фигура заняла весь дверной проём, и свет из-за его спины очертил силуэт, похожий на вырезанный из камня обелиск. Топор висел на поясе, руки были свободны. Варган не зашёл в мастерскую, и я понял: он пришёл не за лечением и не за отчётом — он пришёл задать вопрос.

— Лекарь, — Варган начал без приветствий, что в его исполнении означает не грубость, а уважение к чужому времени. — Аскер спрашивает про стену. Она шевельнётся?

— Нет, стоит на месте. Стражи освобождены.

— Это я видел. — Варган оперся плечом о дверной косяк, и древесина тихо скрипнула. — Аскер спрашивает другое. Через пять дней сюда приедет кто-то из столицы. Кто-то настолько важный, что Рен перестал спать. Мне нужно знать: он приедет как гость или как хозяин?

Вопрос, от которого нельзя отмахнуться.

— Как хозяин, — ответил я. — Но хозяин, которому можно предложить сделку.

Варган жевал эту информацию секунд десять. Его глаза не мигали, и я видел, как под кожей на виске медленно пульсирует жилка, отмеряющая такты размышления.

— Тарек останется у ворот. Я буду внутри. Скажешь, что делать, когда этот хозяин приедет.

— Скажу.

Варган кивнул и ушёл. Древесина косяка перестала скрипеть, и мастерская вернулась к привычной тишине, нарушаемой только бормотанием Горта и мягким гулом «дедушки».

…

Я вышел к побегу после полудня. Двадцать сантиметров стебля, утолщённого до диаметра большого пальца, с десятком листьев-клинков и ковром уплотнённого мха вокруг основания. Маленькое растение с фоном четырнадцать двадцать процентов, которое является дверью для существа размером с холм и маяком для четырёхсотлетнего правителя.

Лис сидел у корней. Вторичная сеть на его плечах и ключицах светилась мягче, чем утром, и я заметил, что за полдня серебристые нити добрались до верхней части грудины. Мальчик рос, и сеть росла вместе с ним, подстраиваясь под увеличение тела с точностью, которая не снилась ни одному медицинскому импланту в моей прежней жизни. Левая ладонь лежала на стебле побега, и в месте контакта пульсация стебля замедлялась, становясь ровнее и глубже.

— Лекарь, — Лис обернулся, когда я подошёл. — Побег считает дни.

— В каком смысле считает?

— Его пульс поменялся. Раньше он бил ровно, без перерывов, а сейчас четыре длинных удара, потом пауза. Потом три длинных, пауза. Потом два. Как будто отсчитывает что-то. Я подумал, может, это дни. Четыре дня до чего-то. Три. Два.

Я активировал Витальное зрение и проверил юго-восток.

Стена стояла на месте. Шестьсот четырнадцать метров, нулевой витальный фон, двадцать седьмая частота пульсирует ровнее, чем вчера. Стабильное серебристое мерцание, которое на третьем Круге я различал отчётливо.

Побег пульсировал навстречу. Двадцать восьмая частота чуть быстрее, чуть настойчивее. Два ритма, как два метронома, которые кто-то постепенно подводит к одной скорости.

Синхронизация стена-побег: 7.2%

Скорость: 0.9% / час (рост с 0.75%)

Прогноз завершения: 4 дня 6 часов

Совпадение с расчётным временем прибытия Мудреца: 94%

Ускорилась. С ноль-семидесяти пяти до ноль-девяноста процентов в час. Скорость синхронизации растёт, и если она продолжит увеличиваться, побег и стена совпадут раньше, чем через четыре дня. Раньше, чем приедет Мудрец.

— Лис, ты чувствуешь стену отсюда?

Мальчик закрыл глаза. Его пальцы на стебле побега сжались чуть крепче, и я увидел через Витальное зрение, как двадцать седьмая частота прошла через его вторичную сеть, отразилась от стебля побега и ушла волной в сторону стены.

— Чувствую, — Лис открыл глаза. — Она учится, как маленький ребёнок, который слышит голос матери и пытается ответить, но пока не умеет. Пока только мычит, но с каждым разом голос становится яснее.

— Они учатся говорить друг с другом.

— Именно, лекарь. Как мы с вами, только медленнее. — Лис чуть улыбнулся. — Ну, может не так медленно. Вы тоже долго учились мне верить.

Я не стал спорить, потому что он прав. Поначалу я воспринимал Лиса как аномального ребёнка с опасной мутацией, которого нужно мониторить и контролировать. Месяц спустя воспринимаю его как коллегу, чьё понимание серебряной сети в некоторых аспектах глубже моего.

— Если скорость синхронизации продолжит расти, стена и побег совпадут раньше, чем Мудрец доберётся сюда.