Должен еще раз предостеречь вас от попыток саботажа эксперимента — окончательное стирание из реальности не доставит вам никакого удовольствия. Это слишком болезненный процесс для живых организмов.

Я напряженно думал несколько минут прежде чем спросить:

— Что я там должен буду делать?

— Все что захотите или посчитаете нужным делать: уничтожение живой силы противника, его техники, обрыв коммуникаций, захват в плен офицеров и солдат. — ответил голос без намека на эмоции. — у вас будет целых сто жизней чтобы разобраться в наилучшей стратегии и тактике. Главное, постарайтесь не слить все дарованные жизни зря. Наш эксперимент, как вы сами должны понять, довольно ресурсозатратный, будет крайне обидно если все пойдет, как у вас говорят, коту под хвост.

В вас будет загружена вся та информация и навыки, которой обладал ваш погибший прототип. Кстати, не самый плохой выбор. Ворошиловский стрелок, хорошие навыки по самбо, владеет ножевым боем, умеет их метать с обеих рук, здоровый и выносливый мужчина… был… и погиб почти зря… артобстрел накрыл. Немцы заранее разведали позиции его заставы и накрыли артиллерией.

Жаль столь непроизводительного расхода хорошего человеческого ресурса.

— в неживой голос добавилась нотка сожаления. — Есть еще какие-то вопросы?

Я судорожно напряг мозги, вернее то чем думал в отсутствии физического тела, но ничего путного в голову не приходило. Не был я готов к подобному жизненному повороту в вечер пятницы.

— Не волнуйтесь, разумный, в процессе проведения эксперимента у вас будет возможность задавать мне вопросы относительно правил и деталей его проведения. Тоже ровно сто вопросов. По одному разу за каждую жизнь. Советую расходовать вопросы разумно. Вы готовы к началу эксперимента?

— Стоп-стоп, у меня появились вопросы. — крикнул я. — Надеюсь они пока бесплатные?

— До начала эксперимента вы можете задать любое количество вопросов… в разумных пределах, разумеется.

— Почему был выбран именно я, а не какой-то более подготовленный человек? Кадровый военный, имеющий боевой опыт? Я ведь исключительно мирный человек, даже не уверен, что смогу убивать живых людей.

— Для чистоты эксперимента. Кроме того, Администраторам интересна не только степень вашего влияния на параллельную реальность, но и обратное влияние этой реальности на вашу личность. Вся эта информация будет иметь свою ценность.

— Тот мир в который я попаду это действительно будет настоящая реальность, а не какая-то виртуальная игрушка?

На этот вопрос голос ответил не сразу и как-то обтекаемо:

— Тот параллельный мир имеет такую же степень реальности, как и тот, в котором вы родились и живете. Так что ваши действия могут как помочь, так и навредить вполне живым реальным людям, не забывайте об этом в процессе эксперимента.

— Не получится ли что я сильно изменю будущее этой реальности? — забеспокоился я.

— В этом и есть цель эксперимента, разумный, оценка степени влияния на будущее по сравнению с эталоном.

— Я имел ввиду в худшую сторону. — пояснил я.

— Вероятность подобного развития событий имеется. Поэтому старайтесь не только действовать, но еще и по возможности думать. Относительно изменения своей реальности можете не беспокоиться, это в принципе невозможно, скорее всего, появится новая параллельная реальность, немного отличающаяся от вашей эталонной.

Я с облегчением выдохнул… бы, если бы обладал легкими. Меняя прошлое в светлую сторону, очень не хотелось бы получить будущее где нет места тебе и твоим близким. Даже если это очень светлое будущее.

— Если вопросов больше нет, то начинаем эксперимент.

Вопросы у меня были, в чем смысл жизни, как стать миллиардером, как много и вкусно жрать и не толстеть, правда ли на Марсе жили люди?

На все эти вопросы, вываленные на него кучей, голос бесстрастно произнес:

«Эксперимент начался».

Эпизод 2

12.00 22.06.41

Меня ослепило невыносимо ярким светом, а тело наполнилось жуткой болью, как будто я попал в кипящий котел аборигенов-людоедов.

Я орал как бешеный и успел сложить на Администраторов Реальности все маты что знал по жизни в различных вариантах.

А затем боль резко и внезапно отступила, и я быстро тяжело задышал и некоторое время просто валялся на земле, привыкая к новому телу. Оно было явно чужим, более здоровым, крепким, мускулистым, чем мое родное, сильные жилистые мозолистые руки были явно привычны к тяжелому физическому труду.

Когда глаза перестали слезиться от света, я сел и стал с интересом осматриваться, гадая куда меня занесло.