И им этого вполне хватает! Все же тут пусть и довольно много народу собралось, но в масштабах площади территории, они как-то тонут в пустоте, словно бы и нет тут никого. Ведь один только внутренний дворик, это полукруг диаметром почти триста метров! Бальный зал — зал длиной почти ту же дальность! Про кучу всяких прочих комнат и комнаток и говорить не стоит! Площадь безумна!

Сюда бы и тысяча человек вошла, и десять, и тесно не было никому! Если рассматривать с точки зрения «потусить». А вот если разбить всю эту площадь на комнаты квартиры… ну… все равно бы вошли все! Вот только мы тогда не захотели забивать свой замок не пойми кем, дробить все на клетушки, делать лишние перекрытия в шестиметровых этажах главной постройки замка, деля её на уровни, ну и вообще — наш замок! Наш! Тут только мы… и… гости? Мама? Слуги? В общем, не проходной это двор! Не!

А еще, как можно видеть, многих ну очень заинтересовала наша насыщенная магией еда, особенно та, что мы выковыряли в своё время из осколков. Подав на блюде, банальную кашу гречневую с мясом, консервированную, немного её подогрев, и… многие охотники, теперь её обсуждают за игрой в свои карточки — им не надоело? А часть еды… как видно не все охотники дружат с честью и совестью, и часть еды была потырена по пакетикам и кармашкам, чтобы как видно схомячить позже втихую. Думают наивные, что их никто не видит! Но… но нам плевать! Пусть берут, если такие голодные, не убудет, не нас объедают.

Закончив с комплектами, и снова одевшись — спасибо сестрица, напомнила! А то бы я так и вышел, сверкая слоником пред всеми! Мы вышли в зал, вручать подарки. Описали то, что могут наши дары, по улыбались почему-то хмурому председателю, что уже тоже был тут, попросили примерить обновку, а старую… выкинуть нафиг, чтобы не позорится! Что часть из ребят прям тут и сделала, запустив шмотьё летать, кто куда, в том числе и в дыру во двор.

А вот часть… попросила оставить, и не выбрасывать — вдруг пригодится еще? Да память… мы были не против — нам всё равно! Это просто была фигура речи! А вот на то, что одному бойцу обувь всё же немного не в пору пошла, а у иной дамы штаны на опу не налазили, уж больно там большие объёмы обнаружились под её скромной курткой, было как-то не всё равно, и пришлось корректировать. Опять уходя в тайник, и вновь сцепляясь в драке.

И только уже начав драку, вспомнили про одежду, которую с себя забыли снять. И… кончилась драчка, примерно тем же, чем и в прошлый раз — я надел сестренку себе на плечи, словно некий шарф, прижав её грудь к земле, а её ноги с ручками, к своей груди своими руками.

— Ну почему! Почему! — стонала она хныча, выгнув шею, и глядя вдоль линии бесконечного горизонта, а я все так же не понимал, чего она так убивается.

— Мне кажется, ты стала слишком полагаться на свою броню. — сказал я, и она на миг замолчала, прекратив хныкать.

А потом разревелась навзрыд, и мне пришлось ей срочнейшим образом утишать. Отпустить, обнять… а она, лиса! Только этого и ждала! Обняла меня, вцепилась всеми доступными средствами, и давай… реветь навзрыд! Еще громче! И я окончательно утратил понимание, ситуации и с ней происходящего. И на вопрос «Чего ты плачешь то, а?» ответа так и не получил.

Вернее, он был «Как ты можешь такое спрашивать, после того как меня так заломал?!», но был явным враньем, чтобы я больше и не спрашивал ничего. А из искреннего… была лишь фразочка, прошептанная мне прямо в ухо, под конец наших многочасовых обнимашек.

— Хочу всегда быть рядом с тобой.

И… будто она не рядом! Глупая кукла!

После нашего очередного возвращения в зал к людям, к которым я опять чуть не вышел нагишом — спасибо, сестра! Предотвратила позор! И вручению подправленной обувке бедолаге, «туса» продолжилась своим чередом.

Кто-то сбегал на ту сторону реки, в одну из многочисленных машину, вокруг которых там уже торчала толпа иных машин и зевак, притащил оттуда автомобильную магнитолу, колонки, и аккумулятор. Пошла музыка и танцы! Ненадолго! Магическое поле замка, сгубило хрупкую технику минут через пять, пусть они и держались как могли, пытаясь выжить, еще полчаса после смерти рыгаясь неясным хрипом вместо музыки и песен.

Но это никого не остановило! Часть доспехов с людей уже давно лежала в сторонке от своих хозяев, и эта кучка, быстро разошлась по рукам владельцев и не владельцев, превратившись в барабаны, тарелки, и прочий самопальный инструмент.

Собрался импровизированный оркестр, был пойман ритм… пошли танцы! И в основном — сельские! Не так уж много здешних парней и девушек, умели танцевать хоть что-то внятное! Как видно не учат охотников плясками ни в каких охотничьих школах, ни тех, что официальные, ни даже в той, что Школа Жизни. Хотя вот в простых школах для детей вроде бы есть такие предметы… видимо забыли уж все, или и не знали толком, игнорируя данный предмет.

Позор на танцполе, никого не смутил и не никого не остановил, охотник… словно бы в опьянении от все ситуации, и нашего чая, плясали, как только могли, и на все лады, плюясь с высокой колокольни на смешки и чужое мнение.

Ребята, которым мы подогнали новые сапожки, вообще пошли отплясывать чечётку! Кто-то кружился вальс, один исполнял гимнастические трюки, парочка местных оборотней, начала порыкивать в такт мелодии, и даже хмурый Павел, не удержался, и протяжно завыл, на мгновение оборвав весь балаган своим душераздирающим воем.