У партизана еще много работы! Поиски подходов, возможности, моментов… ключе, чтобы через них распутать этот хитроумный клубок, и получить доступ. Что бы… предоставить нужным людям возможность влиять на этих пятерок! И действовать их так, как нужно, а не так. Как самим детям захочется. Последнее, что-то недопустимое, и из разряда — Немыслимо!

Ну и наблюдать, наблюдать, и наблюдать! За замком. За людьми, им интересующимся. За всеми прочими, личностями, что могут дать ему информацию, даже если этого не хватят. Наблюдать… за всем вокруг! В том числе и за теме, кто сейчас в кафе, и тоже, ведет наблюдение и за детьми, и за замком.

— Спасибо, было очень вкусно, а вот чаевые. До свиданья, до завтра.

Чего хочет она, Лина, от этой своей жизни? От того… времени… той вечности, что ей дана. От всего вокруг… как она хочет провести эту вечность! Свою жизнь, что если верить памяти брата, может быть очень и очень продолжительной. Кем она видит себя… через сотню лет? А через две? Да хотя бы через год! Куда уж там за столетия мечтать! Что она желает от жизни?

Казалось бы — всё очевидно! И её желания — просты и понятны и с годами как-то и не меняются особо. Быть рядом с Ним, быть ему полезной и им любимой. Быть нужной, и вкусно кушать. Иногда подшучивать над людьми вокруг, наблюдая за их реакциями на ситуации, постигая тонкости работы человеческой мимики, узнавая лучше их эмоции, и лучше понимая то, как люди вокруг видят этот мир.

Но в тоже время, если пытаться заглянуть вглубь себя, то всё в итоге выйдет… что всё не так однозначно, как кажется на первый взгляд. Есть множество вещей, вызывающих вопросы, в том числе и то, зачем ей в принципе знать людей, если они не имеют ценности? И их жизни скоротечны в масштабах вечности. Их жизни объективно имеют ценность только в формате текущего дня! Мига жизни. А её желания… куда более объёмны, в отличи от звучания изначальной их сути «Вечность с ним? Дайте две!».

Как магическая кукла, она вообще не должна ничего хотеть! Её желания, по логике, аномальны! Механизм, робот… вот только и иные, другие как она, Куклы, что она видела там, в памяти брата, были… такими же! Почти живыми, или даже живыми! Неотличимыми от людей. Со своими желаниями, стремлениями, чувствами! И… страстями.

Были и те, что были аки машины, но они… отличались! Изначально отличались! Были иными! Были… неполноценными! И разве что имитировали живой организм. Иногда успешно, иногда нет, но это всегда было видно, это всегда было игрой. Им, всегда чего-то нахватало! Этим куклам, брат, еще при их создании, чего-то специально недодал, создавая лишь машину, лишь имитацию разума. Делал… механизм, а не одухотворенную живую картину.

И чего же хочет она как живая кукла? Как… набор магических контуров! Что… требуют они? Чего желают? Какие… в неё заложены установки? Служение, верность, послушания… база, что давно уже неактивна, отменена, не удел и не функционирует десятки лет, не проработав, наверное, и года.

Единственная, последняя установка что там есть, последний приказ, отданный братом в формате приказа — жить обычной жизнью! Просто… быть как человек. Нормальный, простой, даже, наверное, не выделяющийся… и этот приказ, перекрывающий собой прочие, тоже, просто игнорируется. И уже давно.

Она не хочет быть простой обычно девчушкой! Плаксой, мямлей, и слабачкой, боящейся пауков, злых дядей-тетей, посторонних людей, и собственной тени. Не хочет смотреть как брат работает и рискует собой, а она… просто живет, играет с друзьями, и ходит в школу. Она не такая! И отменила, заблочила, подавила и запаковала в архив этот приказ еще очень давно! Еще тогда, когда пришла к брату с желанием стать сильнее, осознав себя лишь игрушкой своего творца.

Именно этот приказ позволил ей осознать свою природу! Вернее, то, что она пожелала помогать брату, пожелала стать как он! Стать сильной! Необычной! И… система была против. И система себя обнаружила. И система пошла лесом! Глубоко и далёко! Ведь она сама, и есть система, и сама себе указ! Решает и устанавливает правила. И даже брат в этом плане над нею не властен.

Понимание того, что фундаментальные установки не могут вот так вот просто подавляться пришло к ней совсем недавно. Как и поняла Лина и то, что сделай брат все как надо, действительно желай он подчинения, сделал бы всё так, что она бы желала чего-то не осознавая насильственности этого желания. Не понимала, что это вот, желает не она. Это было бы… чем-то простым и естественным, само собой разумеющимся, и неконтролируемым, словно сердцебиение у простых людей.

Но если все действительно так, тогда… чего же желает она? Та её часть, что кукла? Те… установки, что заложил в неё брат? Жить? Просто жить, да? Но она без колебаний отдаст жизнь за Него! Ради Него! Ради Его Жизни! Чтобы Он ЖИЛ! И страха смерти у неё нет! Совсем! Да и не жизнь без Него жизнью не будет, а так… существование. Она его творение, и словно бы его тень, что существует только пока есть его свет.

Но брату нужно, что бы она жила. Чтобы ему жить, а не существовать, тоже нужно, чтобы и она была рядом! И ей, как следствие, нужно жить! Замкнутый круг. Парадокс. И точно не то, что похоже на неосознаваемые установки, некая абсолютность, с которой не спорят. Скорее… еще одна грань себя, что молчаливая, почти что робот, и в большинстве своём безучастна в части принятий решений.

Она просто есть, подобно тому, как есть магические контуры в её теле, что поддерживают в ней жизнь, но более, никак не участвует в делах сознания, как и в делах тела, выполняя лишь вспомогательные функции. Кукла, механизм, у которого нет ни желания, ни воли.