Уилла схватила меня за руку, толкая прочь из комнаты.

– Подожди! – я оттолкнула ее, но Падж взял меня за другую руку и потащил обратно в коридор.

– Ты хочешь сделать ситуацию еще хуже? – прошипела Уилла. Она открыла дверь в соседнюю комнату и втолкнула меня внутрь.

– А что, разве может быть хуже? – я вырвалась из ее хватки, и Падж закрыл дверь, оставив нас одних в темноте.

Уилла зажгла свечу на столе, и я прислушалась к тихому гулу таверны, который нарушили тяжелые шаги, грохочущие на лестнице.

– С дороги! – гулкий голос Сейнта разнесся по коридору, а затем послышался звук захлопнувшейся двери.

Мы с Уиллой прижали уши к тонкой деревянной стене между нашей комнатой и комнатой Уэста. Воцарилась неловкая тишина, от которой у меня в ушах зазвенело сердцебиение.

– Так вот как, по-твоему, должен справляться со своими обязанностями шкипер? – Сейнт говорил спокойно, но холодно.

Я беззвучно двинулась вдоль стены, пока не нашла щель, через которую проникал свет. Мой рот скривился в усмешке, когда в поле зрения появился Уэст. Он стоял перед окном, высоко подняв подбородок, несмотря на боль, которую ему приходилось терпеть. Он смотрел Сейнту в глаза, не дрогнув.

– Мы заключили сделку, когда я подарил тебе «Мэриголд».

– Вы мне ее не подарили, – перебил Уэст.

– Что ты сказал?

– Вы не подарили мне «Мэриголд», – повторил он.

Сейнт уставился на него.

– Я подарил тебе возможность, шанс стать шкипером и руководить собственным экипажем, развивать свое дело. И вместо этого теперь мой корабль стоит в гавани с перерезанными парусами, а твоя команда вытаскивает тебя, полумертвого, из «Уотерсайда».

– Зола…

– Я не желаю говорить о Золе. Я хочу поговорить о тебе, – голос Сейнта повысился. – Если у тебя возникают проблемы с конкурентами, ты сам их и решай.

– Да, сэр.

– Возвращайся на воду и найди способ навести порядок в бухгалтерских книгах.

Взгляд Уэста опустился в пол.

– Я не могу.

Сейнт замер.

– Как это понимать?

– У меня нет денег на новые паруса. Не после шторма.

Глаза Сейнта превратились в щелочки, а его ноздри гневно раздулись.

– Ты хочешь сказать, что ты не можешь выйти на маршрут?

Уэст коротко кивнул.

– И ты хочешь, чтобы я купил тебе новые паруса?

– Можете добавить это к моему долгу.

– Нет, – прошептала Уилла рядом со мной.

Секунду спустя Сейнт повторил ее слово.

– Нет.

Уэст поднял глаза, явно удивленный его ответом.

– Как ты смеешь приносить неприятности ко мне на порог и просить у меня деньги, чтобы исправить положение? Если ты не в состоянии сам все исправить, то тебе не место на этом корабле.

Челюсти Уэста сжались, но он смог совладать со своей кипящей яростью.

– У меня есть дело, которому ты мешаешь, – подол пальто Сейнта взметнулся, когда он повернулся к двери, однако затем Сейнт замер, положив ладонь на ручку. – И если я узнаю, что хоть одной душе известно о грузе, который ты привез с Джевала, тебе придется искать свою команду по частям в этом городе.

Руки Уэста сжались на ремне.

– Так вот в чем дело? В ней?

Мою грудь внезапно обдало жаром, и я поняла, что все это время сдерживала дыхание.

– Итак, это наказание, – Уэст сделал шаг в сторону Сейнта.

– Называй это, как хочешь. Твоя работа – делать то, что я тебе говорю. Без моего разрешения тебе нельзя даже шагу ступить. Если тебя не устраивают наши с тобой договоренности, то в порту найдется целая сотня человек на твое место.

– Если бы я не забрал ее с Джевала, она была бы сейчас привязана к рифу, а ее кости были бы начисто обглоданы.

– Фейбл может сама о себе позаботиться, – голос Сейнта стал тише.

Уилла повернула ко мне лицо; ее глаза округлились.

– Тогда зачем я тратил деньги, отправляясь на этот остров каждые две недели в течение двух последних лет? Мы оба знаем, чья глотка была бы перерезана, если бы с ней что-то случилось. Я спас жизнь нам обоим, когда привез ее сюда.

Мой отец стиснул зубы, и тишину комнаты заполнила тяжесть его гнева.

– Я не желаю видеть твое лицо, пока ты все не уладишь. Если ты оплошаешь, то по твою душу придет не Зола. Это буду я. И в отличие от него, я не уйду, не доведя дело до конца.

Дверь снова хлопнула, сотрясая стены, и шаги Сейнта загремели вниз по лестнице. Я подошла к окну и смотрела, как он выходит в переулок. Он методично застегнул верхнюю часть своего кителя, прежде чем, не оглядываясь, исчез в темноте.

Уилла скрестила руки на груди, глядя на меня. В открытом дверном проеме толпились остальные члены команды.