— Готов? — говорю я Пауку, больше, чтобы себя приободрить.

Биомех не шевелится. Он похож на каменное изваяние.

— Держи огнемет наготове! — приказываю я Пауку. — Как только я скажу, сразу же отдаешь его мне!

Биомех послушно оплетает щупальцем оружие и, чуть приподнимает его над спиной, чтобы не тратить время на отрыв.

— Пошли! — и я, прижимаясь к стенке туннеля, продвигаюсь к иссохшему трупу монстра, который может восстать из мертвых.

«Только зомби мне здесь не хватало! — думаю я. — Ничего! И не таких обламывал!»

Метр.

Остановка.

Еще один метр.

Снова остановка.

Я не иду, а медленно скольжу, не отрывая взгляда от твари.

Не мигаю. Сердце глухо стучит в груди.

Это даже не биомеханическое существо, а инсектоид из параллельной вселенной.

Я вхожу в область паутины, если эти нити вообще так можно назвать.

Стараюсь её не трогать, и не зацепиться за крючки.

Смотрю на Паука. Он, прям в своей стихии. Биомех аккуратно избегает нитей, проявляя чудеса эквилибристики.

Ему проще — он меньше меня, может складываться в три погибели, и способен протиснуться в любую щель.

Я уже нахожусь под тварью.

Пригибаюсь.

Смотрю на неё.

Дробовик держу стволом вверх, направив дуло в башку мертвяка.

Прежде, чем сделать следующий шаг, я решаю проверить монстра.

Тычу стволом в жвало твари, и оно отпадает, как иссохший лист с ветви дерева.

Если ударить, как следует, то, думаю, вся эта конструкция развалится, как трухлявый пень.

Это меня приободряет. Напряжение схлынуло и я, с облегчением, выдохнул.

Можно идти дальше, пролезть сквозь нити и, не думать, что тебя схватит этот инфернальный паук.

Еще раз окидываю его взглядом. Задерживаюсь на необычных передних лапах, больше похожих на руки гуманоида, чем на конечности инсектоида.

Шесть тонких пальцев, раза в три длиннее, чем у человека. Острые когти. Узловатые суставы и широченная ладонь.

Такой граблей тварь может запросто схватить меня за голову. И я, уже в который раз жалею, что, до сих пор, не обзавелся шлемом.

Не расслабляюсь. Лезу сквозь нити с максимальной осторожностью, стараясь не задеть ни одну из них.

Это реально сложно. Точно решить головоломку. Мне даже стремно до них дотрагиваться, будто это — обнажённые нервы, покрытые колючками.

Так…

Пролезаю.

Ещё чуть-чуть.

Здесь нужно нагнуться. Там перешагнуть. Подойти максимально близко к стенке туннеля и поднырнуть под клубок из нитей, который напоминающий мне мышечный узел.

Паук рядом со мной. Подсвечивает мне путь. Не спешит. Не мешает. Он понимает меня без слов, как верный пес.

Я почти выбираюсь из этого лабиринта из паутины.

Прохожу под брюхом твари. Примечаю, что задние конечности монстра реально напоминают сложенные задние лапки саранчи, приготовившейся к прыжку.

Нити редеют. Их количество уменьшается. Я, чтобы ни к чему не прикасаться руками, отодвигаю одну из них от себя на уровне головы стволом дробовика.

Нить натягивается, как тугая струна. Я её возвращаю на место, и уже почти выхожу из этого гнезда или склепа, как, вдруг…

— А, черт! Сука! — ругаюсь я вполголоса.

Нить, в последний момент, рвётся и, с оттягом, хлещет меня по щеке, обдирая шипами кожу до крови.

Хоп!

Я точно получил удар плетью. Судя по острой боли, рана глубокая, как будто по коже резко провели полотном пилы по дереву.

Крупные алые капли стекают вниз по нити и… к моему удивлению, не срываются вниз, а впитываются в это волокно, как в губку.

Мне это не нравится! Совсем не нравится!

Это было крайне неосторожно с моей стороны!

Млять!

Первое мое желание — дать отсюда дёру, но я заставлю себя оставаться на месте.

Надеюсь, шипы не были с ядом, а моя кровь просто впиталась в нить, иссохшую от времени.

Стою. Не двигаюсь. Наблюдаю за тварью и за туннелем.

Ничего!

Мёртвая тишина.

Существо всё также висит под сводом и не сдвинулось ни на миллиметр.

Дохляк остался дохляком.

Стараюсь не дышать.

Прислушиваюсь к звукам из тьмы.

Ни скрипа. Ни стона. Ни шороха.

Мертвое пространство. Тлен и прах.

Уфф!

Я выдыхаю. Делаю ещё несколько шагов по туннелю, и, углубляюсь в сумрак. Но, перед тем, как окончательно покинуть это место, я чувствую легкий укол под сердце. Знаете, когда на тебя нахлынуло чувство необъяснимого беспокойства, сам не знаешь, из-за чего. На ровном месте.