— Это Градов! Убейте его! — воскликнул вражеский богатырь, и по мне почти сразу открыли огонь, но я отклонил пули, и те обошли нас с Ксюшей стороной. Рыжая снайперша тут же упала на одно колено и сделала три выстрела в стрельцов, попав каждому в руки. Приказ был не убивать без острой необходимости. Александр был уверен, что когда с бароном будет покончено, многие солдаты перейдут на нашу сторону. Не сильно тут любили барона Синицына, но в крепости хватало верных ему людей, которым он очень хорошо платил. Собственно их-то он и держал поблизости.

Видя, что пули ничего мне сделать не могут, Филатов рыкнул и ухитрился оттолкнуть от себя Леонида несмотря на то, что тот был немногим выше и тяжелее. Мой товарищ упал на землю, сразу же начал подниматься, но Филатова он не интересовал, богатырь уже мчался ко мне. Металла на нем было много, я не сомневался, что остановлю на подходе, только и он об этом помнил. На ходу подхватил с земли небольшую каменюку и что есть силы метнул в меня. Силы вложил столько, что камень в тот момент был подобен пушечному ядру.

Железные частички, которые я держал под рукой, ожили, и я сформировал из них щит, по поверхности которого промелькнул электрический разряд. Удар вышел сильным, и скорее всего, если бы щит вышел цельным, то мог бы не выдержать, а так подвижные частицы смогли распределить вложенную энергию по периметру.

Камень рухнул под ноги, а щит рассыпался на частицы, открывая мне проход. Я рванул вперед, часть песка упала под ноги, и от него я оттолкнулся, а следом сразу же притянул. Хватит мелочь тратить на прыжки и недополеты, но уровень контроля надо будет подтянуть.

Не успел Филатов опомниться, как я оказался перед ним лицом к лицу.

— Не хорошо камнями швыряться, можно и ответку получить, — бросил я ему, криво усмехнувшись, а затем металлические песчинки образовали вокруг моей руки что-то вроде тяжелой железной перчатки, к которой я добавил немного простеньких чар огня для усиления эффекта. Получилось так, что мой стальной кулак врезался богатырю в кирасу с силой большей, чем то самое злополучное пушечное ядро. Говорить, что с ним случилось, думаю, смысла нет. Богатыря просто снесло, кирасу проломило, и в груди образовалась крупная дыра.

Справа на меня дернулся какой-то воин, видимо, слишком тупой, чтобы понять, что только что произошло, либо безумно храбрый, только он до меня не дошел. Рухнул с простреленной головой. Это уже Ксения прикрывает спину.

Но не все так отчаянно приняли потерю главной боевой силы Синицыных, боевой дух стал заметно падать, и не прошло и двух минут, как пошла масштабная сдача нашим превосходящим, пусть не по численности, но боевой силе, извиняюсь за тавтологию, силам. То там, то тут вражеские бойцы стали сдаваться, и Александр играл в этом не последнюю роль, призывая своих бывших товарищей сложить оружие. Кто-то в итоге внял разуму и послушался, и как только это случилось, исход битвы был решен.

Следом мы отправились за бароном. Вытаскивали его на улицу с криками и визгом, ведь вытаскивать пришлось и всю его многочисленную чету. Сам барон, полноватый немолодой мужичок, при этом брыкался и истерил похлеще дам. То и дело звучало: «Да вы знаете, кто я?! Если хоть волос упадет с моей головы, князь…».

Князь то, князь сё. Тьфу.

— Ну здравствуй, барон Синицын, — ухмыльнулся я, когда его поставили на колени передо мной. Руки связаны, взгляд полный бешенства, но в нем также есть и немного страха. — Узнал меня?

— Тьфу, — плюнул он мне под ноги. — Сраный колдун! Ты ответишь за свои злодеяния!

— Злодеяния? Не помню таких. Зато отлично помню твое вероломство и наглость. Где мой дядя? — в крепости моего дяди не нашлось, а ведь были такие надежды его тут сыскать.

— Знать ничего не знаю!

— Да брось, Илья, я рассказал барону Градову о том, что Степан Градов тут гостил.

Пленник перевел взгляд на Александра и зарычал.

— Предатель! Да как ты посмел явиться мне на глаза! Я считал тебя другом! Практически братом! А ты… Ты…

— Да хватит, кого ты обманываешь, — фыркнул Александр. — Братом? Ха! Ты как в детстве говорил, что моя работа — твои ноги целовать, так при этом мнении и остался, только язык за зубами держать научился. Про Лизку тебе напомнить?

Барон на это скривился, прикусив язык, а вот я пока не очень понимал, о чем они толкуют. Но сам Александр быстро пояснил.

— Это дочь моя, старшая. Она с Аркадием пожениться должна была, укрепить род Синицыных, так сказать, две ветви соединить. Так мы с тобой договаривались, Илья, да? Так Аркаша воспользовался этим, ребенка заделал, и Илья внезапно передумал, другую невесту нашел, получше, с приданым большим. Да?