Я глубже вдохнул, прислушиваясь к себе. Энергия стала послушнее, отзывчивее, будто только и ждала команды и момента, когда я её использую.

Коснувшись Ольги, я направил часть энергии в неё. Вся энергия не усвоилась, поэтому есть возможность отблагодарить девушку хотя бы так. Часть силы, вместо того чтобы рассеяться в воздухе, мягко закрепилась в её теле, усилив её потенциал. Переведя взгляд в небо, я прищурился, смотря на приближающуюся волну.

Сейчас, когда мой уровень сил вырос, я могу ощутить её полностью и… Это не новая волна. А вторая часть прежней. Также на ней я ощущаю чужую энергию, но явно принадлежащую кому-то из Вайторлов.

Не знаю: умер ли тот, кто пытался поглотить силу, или же просто намеренно разделил её, но я благодарен ему. Если бы не это разделение — среди нас были бы жертвы. А так — нам очень повезло. Вот только…

Я посмотрел на сражение в небе, затем снова на волну.

Она слишком близко. Сражаясь с этим противником, я могу не успеть поглотить её.

Вновь переведя взгляд на врага, увидел, что тот лишь развлекается, сражаясь с высшими. Его движения были ленивыми, лёгкими, и в каждом ударе читалась уверенность и скука.

Время ещё есть… Нужно попытаться убить его быстрее, чем прилетит волна.

Я сжал пальцы в кулак, чувствуя, как по коже скользит энергия, и сделал шаг вперёд, телепортируясь.

Сражаясь, каждый высший, видя, как его атаки вообще не причиняют вреда врагу, почувствовал где-то внутри нотки отчаяния, холодком пробежавшие по спине.

Неизвестный, одетый во всё белое, улыбаясь, сражался с ними, не сходя с места и отбивая атаки лишь одной тростью. Что уже было безумием. Он даже не делал шагов вперёд или назад — словно весь мир сам подстраивался под его движения.

Причём делал это настолько лениво, что казалось, будто он может убить всех их за одно мгновение — просто щёлкнув пальцами или чуть дальше доведя трость.

Почти все присутствующие высшие с ужасом для себя осознали, что мир куда больше, чем им казалось раньше… И где-то в нём есть вот такие чудовища, превосходящие предел высших, что раньше казалось невозможным.

— Он закончил, — послышался голос неизвестного, спокойный, даже немного довольный. — Пожалуй… Закончим и мы.

Во все стороны ударила белая волна, мгновенно останавливая почти всех высших. Воздух сдавило, как при резком падении с высоты, грудь сжало, дыхание перехватило. Лишь Эйр, Эйкхирия и Азалья устояли, развернув свою ауру. Их силы столкнулись с белым давлением, вздымая по небу всполохи. Яна же также замерла, как и остальные, застыв в воздухе, не в силах даже пошевелить пальцем.

Белая волна распространилась во все стороны, сметая всё на своём пути, но неожиданно ей навстречу ударила жёлтая, сметая уже её и тесня в сторону, словно резкий порыв ветра туман.

Высшие, ранее задыхающиеся и неспособные двигаться, натужно выдохнули и отмерли. Некоторые схватились за грудь, кто-то закашлялся, кто-то с ужасом осматривал свои руки, проверяя, слушаются ли они.

В воздухе, на расстоянии метров тридцати от врага, стоял Сергей Вяземский. Вокруг него едва заметно, но ясно видимая для всех, клубилась мана — золотая, плотная, в ней мелькали едва уловимые ниточки света.

Парень, продолжая смотреть на врага, медленно шагнул прямо по воздуху, и его спокойный голос, звучащий в образовавшейся тишине, заставлял людей слегка опускать взгляд вниз:

— Благодарю каждого из вас. Вы выстояли там, где другие не решились бы даже встать. Я у вас в долгу. Когда закончим со всем этим — я награжу вас.

Его слова, хоть и были простыми, прозвучали как обещание. Кто-то из высших сжал зубы, чувствуя стыд за собственный страх, кто-то, наоборот, испытал облегчение, что теперь не они одни стоят перед этим чудовищем.

Белая аура вновь резко распространилась во все стороны, как вспышка, но жёлтая, даже не шелохнувшись, вновь подавила её. Белый свет будто сталкивался с невидимой стеной, растворяясь и ломаясь о неё.

Враг нахмурился, и воздух вокруг него задрожал. Его сила стала в разы плотнее, тяжёлой, вязкой. У окружающих заложило уши, по воздуху пошли едва заметные трещины, а небо как будто потемнело.

Парень же шагал всё так же спокойно, не обращая на это никакого внимания.

Воздух вокруг него не колебался, оставаясь таким же ровным и спокойным. Он шёл, тесня атаку врага без какого-либо усилия — словно не замечая её. И все сразу поняли разницу в их мастерстве…

Это было ясно ещё раньше, но сейчас каждый понял, что и в мире чудовищ есть чудовища… И Сергей Вяземский среди хищников явно гораздо выше по градации чем этот некто.

Парень продолжал идти вперёд, а враг смотрел на него, прищурившись. Его зрачки быстро метались, словно он пытался понять, почему его противник даже не шелохнётся, не поднимает защиту, не делает ни единого лишнего движения.

Сергей Вяземский же тем временем вытянул в сторону руку, и в ней появилась гарда от сломанного меча. Мгновение — и, словно белыми лепестками, от гарды начало создаваться лезвие меча, пласт за пластом, линия за линией, формируя лезвие с ярко светящимися белыми рунами.