– Вы все очень похожи, на мой взгляд.

– Да, потому что мы все родственники, – гордо заявляет ма.

– Вы что, все родственники?

– Нет, она имела в виду, что некоторые из нас родственники, – быстро отвечаю я. – И я вроде как типа… юриста. – В том смысле, что я смотрела каждый сезон сериала «Хорошая борьба». – В общем, мы с Морин отнесли подарки обратно в номер невесты и присоединились к процессии, и тогда А Гуан забрал подарки. Должно быть, он был там все это время, замаскированный под одного из шаферов. Я не думаю, что он ожидал, что жених и невеста обнаружат пропажу так рано: обычно они не разбирают их до следующего дня, но… не знаю, может, Том хотел посмотреть, что за часы от «Патек Филипп» он получил. Когда А Гуан услышал, что они проводят обыск, то, должно быть, запаниковал и спрятал подарки в комнате Морин. Она самая вероятная подозреваемая, потому что была последней, у кого видели подарки.

Шериф МакКоннелл медленно кивает, все это время хмуро глядя на нас.

– И тогда ему нужно было где-то спрятаться, а где еще можно спрятаться, кроме как на виду у всех? – заявляю я, оживленно жестикулируя руками. – Он все равно был замаскирован под друга жениха, а другие друзья жениха были пьяны и не очень понимали, что происходит, к тому же они даже не знали друг друга.

– Да, ох, они были такие пьяные. Один из них – я не знаю кто, но один из них, – многозначительно произносит ма, – принес, знаете, этот алкогольный напиток, очень плохой. Кажется, он называется акцент.

– Ну, я слышала, что один из них принес траву, – говорит четвертая тетя.

– Боже правый, – бормочет шериф МакКоннелл.

– Да, – вмешиваюсь я. – И затем он пошел в номер жениха, а когда поисковая группа прошла через номер, он запаниковал и спрятался в холодильнике. Видите ли, один из холодильников пекаря пропал ранее в тот день, и я думаю, что А Гуан планировал использовать его, чтобы спрятать украденные драгоценности. Мы нашли холодильник в номере жениха. Он открылся по ошибке, А Гуан упал в него и умер.

Глаза шерифа МакКоннелла так округляются, что, кажется, вот-вот выскочат. Но, как бы я ни ожидала неизбежного возгласа «бред сивой кобылы», его не следует. Вместо этого, он спрашивает:

– А что было потом?

– Потом, должно быть, шаферы нашли его в какой-то момент, и к тому времени они все были под кайфом… сильным. Таким сильным, что даже не поняли, что он мертв. Они, наверное, думали, что это шутка. Они вытащили его и весело понесли к алтарю. Вы можете расспросить их, мы так и сделали, и они помнят кусочки и фрагменты. Некоторые из них помнят, как нашли А Гуана и несли его к алтарю. Они думали, что он просто потерял сознание.

– Я не… что…

Шериф МакКоннелл откидывается назад и выглядит ошеломленным. Я не могу его винить. Это адская история, которую мы все придумали.

Но это лучшее, что мы могли придумать. Я затаиваю дыхание, когда он потирает лоб.

– Как вы выяснили все эти детали? Вас ведь там не было?

– Нет, мы собрали все факты вместе, основываясь на информации, которую узнали от свидетелей, – говорю я, и в моем голосе гораздо больше уверенности, чем есть на самом деле.

– Вы можете поговорить с шаферами, если хотите. Они прямо за дверью.

Он молча кивает с ошеломленным видом.

Жаклин спешит к двери и открывает ее. Как и было обещано, все шаферы ждут снаружи, и выглядят они ужасно. Их одежда мятая, волосы в беспорядке, а у нескольких на костюмах видны пятна рвоты. Шериф МакКоннелл морщит нос. Не могу его винить, потому что пахнет так сильно, что я практически вижу зловонные испарения, исходящие от них. Это вонь пота, рвоты и других телесных жидкостей, о которых я не хочу думать. Они, спотыкаясь, заходят внутрь и недоуменно смотрят на нас, моргая.

– Итак, – говорит шериф МакКоннелл, вставая со стула Нейтана. – Вы, парни – друзья жениха.

Они щурятся от яркого света в зале и пожимают плечами. A пара из них бормочут:

– Худшая работа на свете.

– Кто из вас достаточно трезв, чтобы рассказать мне, что, черт возьми, случилось? – Несколько рук нерешительно поднимаются. Шериф МакКоннелл выбирает одного. – Вы первый. Назовите свое имя и род занятий.

Невысокий дружелюбный на вид парень выходит вперед. Его волосы торчат во все стороны, рубашка порвана, но глаза меньше, чем у других, налиты кровью.

– Меня зовут Генри, я актер.

– И вы знаете жениха… откуда?

– Не знаю. Не совсем. Я встречался с ним только один раз до сегодняшнего дня. Мы были наняты на роль его шаферов.

– Миллениалы, – ворчит шериф МакКоннелл.

– Том нанял большинство из нас по отдельности. Я не знаю других парней, думаю, пара из них из агентств, но большинство из нас – независимые актеры.

Жаклин печально качает головой, а Морин обнимает ее и целует в щеку.

Несмотря ни на что, их вид заставляет мое сердце таять, хоть немного.