– Где ты была? – поинтересовалась миссис Торелли, когда Грейс плюхнулась на сиденье рядом с ней.

Майлз сидел на коленях у миссис Торелли. Он был закутан в куртку, а женщина хлопала в ладоши перед ним – это была игра, которая, кажется, ему нравилась, и Грейс удивилась, как она сама не додумалась до этого.

Мэтти куда-то исчезла, а мальчик снова гулял около бассейна. Он стоял на ступеньке в боксерах и толстовке, его лицо было запрокинуто к звездам, а руки подняты над головой, словно он пытался поймать звезду.

– Он особенный, – сказала Грейс.

– Это еще что значит, – огрызнулась миссис Торелли, и Грейс поняла, что та неверно восприняла ее комментарий.

– Я не то имела в виду. Я лишь хочу сказать, что он видит вещи по-своему. Боже, какая ты колючая.

– Это я-то? Забавно слышать это от тебя, мисс Теплота и Мягкость.

– С чего это?

– Да ни с чего, – фыркнула миссис Торелли, все еще хлопая перед Майлзом в ладоши, но с такой силой, что Майлз больше не улыбался.

Грейс вздохнула и покачала головой, не понимая, что она сделала, чтобы разозлить эту женщину. Всего лишь спасла ее вчера, сегодня утром, а потом еще раз сегодня днем.

Хантер вышел из офиса во двор, чтобы снять зонтики. Один за другим он унес их в сарай рядом с парковкой.

– Есть ручка? – спросила Грейс.

– Передний карман сумки для подгузников. А зачем тебе?

Грейс проигнорировала ее. Из крайне загруженной сумки для подгузников Грейс выудила ручку и одну из сотен пачек с деньгами.

Она заколебалась, ее взгляд зацепился за пистолет, дуло которого торчало между подгузниками. Она подтянула рюкзак миссис Торелли поближе и переложила пистолет из сумки в передний карман рюкзака.

– Что ты делаешь? – спросила миссис Торелли.

– Я не люблю оружие.

– Ну, я тоже.

– Да, но, если тебя поймают с оружием, зарегистрированным на имя твоего мужа, тебе ничего не будет. А если поймают меня, это плохо закончится. Ты звонила ему?

– Ага. Он в порядке и понятия не имеет, что деньги пропали. Он весь день играл в гольф.

Грейс кивнула. Это имело смысл. Офис будет закрыт до вторника, и ему незачем туда заходить. ФБР его не арестовало, вероятно, без денег они просто не могут этого сделать.

Она отвернулась от миссис Торелли.

– Что ты делаешь? – снова спросила миссис Торелли, наклоняясь, чтобы попытаться разглядеть ее.

Грейс сдвинулась, чтобы еще больше заблокировать ей обзор.

– И ты еще называешь меня колючей! – хмыкнула Хэдли.

– Ты колючая, и это не твое дело.

Хэдли видела, как Грейс бесшумно, как вор, пробралась в офис мотеля с пачкой денег. Она исчезла в задней комнате, а через мгновение вернулась уже без них.

Она не понимала эту девушку, правда. В «Макдоналдсе» Грейс заказала два обеда вместо трех, чтобы сэкономить деньги, и вот она дает десять тысяч служащему мотеля, который выглядит как наркоман.

Грейс вернулась в свое кресло.

– Зачем ты это сделала?

Девушка пожала плечами.

– Десять тысяч долларов. Ерунда.

– Это большая сумма.

– Не думаю. Для второго шанса это совсем немного. – Как будто это что-то объяснило.

Хэдли поставила ребенка к себе на колени, чтобы он мог потопать по ним ножками. Майлз принялся напирать на нее с решимостью, и она улыбнулась его детской силе воли. Так похож на свою маму, – подумала она, бросив взгляд на Грейс.

Ей хотелось спросить Грейс, кто подарил ей второй шанс и зачем он ей понадобился, но Грейс отвернулась, глядя на бассейн, еще раз давая понять, что говорить она не хочет. Но через минуту она удивила Хэдли:

– Почему женщина, у которой мы одолжили машину, сказала: «Надеюсь, ты приедешь вовремя»?

Хэдли улыбнулась.

– Я сказала ей, что подразделение твоего мужа проходит через Барстоу и что он никогда не видел своего сына. Мы должны были взять твою машину, но сломалась коробка передач, а напрокат взять не получилось, потому что у тебя плохая кредитная история, а у меня нет прав.

– Ты правда ей все это рассказала?

– Ну нужно же было что-то сказать.

Грейс кивнула, и Хэдли снова почувствовала гордость за себя. Соображать пришлось довольно быстро, учитывая, что ситуацию нужно было разрешить на месте.

– Значит, ты поедешь к семье? – поинтересовалась Хэдли.

– Нет у меня семьи, – прямо ответила Грейс. – Только он. – Она показала рукой на ребенка.

– Что насчет родителей?

– Отца я никогда не знала, а мама умерла, когда мне было два года.