Империумные камни оказались ключом ко всему. Концентрированная мана в кристаллической форме представляет собой идеальный источник энергии для того, что я задумал, более того, независимый для блокираторов магии. Главное было добавить особую защиту, схема которой мне также была известна.

В обычных условиях создание чего-то подобного заняло бы месяцы работы в полноценной мастерской. Здесь же, в тесной железной коробке, при свете крошечного магического огонька, мне приходилось импровизировать и раскрывать все новые грани моего металломантичного таланта.

И я импровизировал.

Каждую ночь я плавил металл, формировал новые элементы, соединял их в единую систему. Работа была кропотливой, требующей абсолютной концентрации. Один неверный контур, одна ошибка в схеме конструкта, и всё пришлось бы начинать сначала.

Но торопиться было некуда.

Две недели пути. Более, чем достаточно.

К исходу первой недели базовая структура была готова. Сотни крошечных триплексов, соединенных в сложную сеть, способную реагировать на мою волю как единое целое. Я тестировал её по ночам, заставляя отдельные элементы двигаться, менять форму, объединяться и разделяться.

На второй неделе занялся тонкой настройкой. Это было сложнее всего, нужно синхронизировать каждый элемент так, чтобы они работали в унисон, не мешая друг другу. Империумные камни пришлось разделить, встроив фрагменты в ключевые узлы системы, а не ставить как единый источник питания, как планировал изначально. Они стали чем-то вроде батарей, способных обеспечить энергией даже самые затратные функции.

Фломелия заскакивала временами ко мне и наблюдала за моей работой с нескрываемым любопытством.

— Никогда не видела ничего подобного, — призналась она во время одного из визитов, смотря, как я соединяю очередные элементы. — Это вообще что?

— Да так, сюрприз для Фридерика, мракоборцев и для любого, кто окажется рядом, — зловеще ухмыльнулся я.

К концу второй недели, когда до Кёнигсберга оставалось всего пару дней пути, я закончил. Результат моих трудов был компактным и без труда помещался в пространственный карман.

Последнюю ночь перед прибытием я провел в странном спокойствии. Всё было готово, оставалось только ждать. Единственное, чего не хватало, это полевых тестов, но видимо, придется уже проводить испытание боем. Я был уверен в своем детище, но не в материалах. Всё-таки некоторые из них были слишком скверными.

Фломелия появилась незадолго до рассвета.

— Завтра будем на месте, — сообщила она. — Юлианна и остальные всё ещё следуют за конвоем на расстоянии. Что им передать?

— Пусть не вмешиваются, — ответил я, даже не думая.

— А я?

— А ты держись поближе. Если ситуация станет скверной, попробуешь вытащить.

— Постараюсь, но там Фридерик, а он тоже связан с Тенью, ему не так уж сложно заметить мое присутствие. Но я постараюсь.

На рассвете, ещё до того, как мы заехали в город, случился неприятный сюрприз. Двери моей темницы распахнулись, и несколько воинов в черной броне вытащили меня на улицу. Глаза, отвыкшие от такого количества света, тут же заболели, но я быстро привык. Пространственную сумку я спрятал в браслет. Свернул в трубку и обернул триплексами, которые скрыли её от посторонних глаз. Воины Черного солнца и внимания не обратили на то, что один из браслетов стал почти в два раза толще.

Меня грубо потащили куда-то в сторону от дороги, и вскоре я увидел небольшое озерцо в окружении ив. Живописное место, если бы не обстоятельства.

— Воняешь как свинья, — бросил один из воинов, здоровенный детина с изуродованным шрамами лицом. — Господин Фридерик не потерпит такой вони в своем присутствии.

— А мне казалось, это его любимый запах. Он же любит жрать дерьмо, да? — огрызнулся я, за что тут же получил удар под ребра. Несильный по их меркам, но достаточный, чтобы согнуться пополам.

— Заткнись и мойся.

Они сорвали с меня остатки одежды, оставив только браслеты, которые снять можно было только вместе с кистями — настолько прочно те сидели на запястьях — после чего швырнули в воду. И все это под хмурыми взглядами нескольких воинов и одного волхва.

Озеро оказалось неглубоким, по пояс, но ледяным. Видимо, питалось подземными ключами. Я стиснул зубы, стараясь не показывать, насколько холодно.

Кто-то швырнул мне кусок грубого мыла, едва не попав по голове. Я поймал его и принялся смывать с себя двухнедельную грязь. Вода вокруг быстро стала мутной.

— Глядите, а он худой совсем, — хохотнул один из воинов. — Тоже мне, страшный маг, мы таких пачками разделывали и в огонь бросали.

Я проигнорировал этот возглас и закончил мыться, после чего выбрался на берег. Там мне швырнули какую-то грубую, но чистую серую робу. Одежда пленника, не оставляющая сомнений в моем статусе.

— Руки, — приказал старший, и я послушно вытянул запястья. Новые кандалы защелкнулись поверх браслетов. Тяжелые, железные, с короткой цепью между ними. Затем меня повели обратно к повозке, но внутрь не затолкали. Вместо этого привязали к задней части, заставив идти пешком. Странное решение, откровенно говоря, но видимо, Фридерик хотел сделать из моего пленения какую-то демонстрацию. Последний этап унижения перед въездом в город.