Ли Ми-ран (с напором):

— Почему ты так за него цепляешься, Сун-ми? Что он для тебя?

Сун-ми замирает. Её взгляд на миг теряет резкость, глаза затуманиваются воспоминаниями. Перед ней всплывает ночь, когда она лежала в темноте, сжимая подушку, её шёпот дрожал: "Ин-хо-оппа, ты должен поправиться. Я буду тебя ждать". Тогда она думала, что он в коме, что его жизнь висит на волоске. А теперь — он жив, и эта новость, как луч света, греет её изнутри. Она счастлива, и эта радость придаёт ей сил.

Сун-ми выпрямляется, её подбородок вздёрнут. Она окидывает толпу взглядом, её голос, ясный и громкий, разносится по всему коридору.

Пак Сун-ми (гордо, на весь зал):

— Потому что это мой оппа!

Толпа взрывается выкриками, словно кто-то поджёг фитиль: ученики ахают, перешёптывания катятся волной, вихрастый парень толкает соседа, указывая на Сун-ми. Телефоны поднимаются выше. "Она серьёзно?" — шипит девочка в очках, её подруга хихикает, прикрывая рот. "Оппой его назвала!" — выкрикивает парень с ярким рюкзаком, и его приятель ржёт, хлопая его по плечу. "Это тот чувак из ролика?" — громко спрашивает кто-то сзади, вызывая новую волну шёпота. Чон А-рим замирает, её рот приоткрыт, пальцы судорожно теребят рукав. Хан Со-ён роняет руку с плеча подруги, её взгляд мечется от Сун-ми к толпе, полное недоумение на лице. Квон Джэ-хён сдвигает брови так, что между ними ложится глубокая складка, его губы сжимаются в тонкую линию. Ли Ми-ран отступает на шаг, её улыбка испаряется, глаза сужаются в ледяной прищур, будто она просчитывает следующий ход.

Ли Ми-ран (с издёвкой):

— Неожиданно! Тогда может, ты познакомишь нас со своим оппой?

Ситуация вновь разворачивается. Сун-ми делает шаг вперёд — на лице появляется кривая улыбка, не менее язвительная, чем минуту назад у соперницы.

Пак Сун-ми (с вызовом, отчётливо выделяя каждое слово):

— Что же для тебя «неожиданно», Ми-ран? То, что у меня есть оппа — или что он известен на всю Корею?

Ми-ран чуть приподнимает подбородок и демонстративно поправляет сумку на плече. В голосе — тёплая вежливость, но глаза блестят раздражением.

Ли Ми-ран (с лёгкой насмешкой):

— Для меня неожиданна твоя находчивость, Сун-ми.

Сун-ми прищуривается.

Пак Сун-ми (резко, словно плюёт словами):

— Хочешь сказать, я вру?

Ми-ран поднимает ладони в театральном жесте капитуляции, будто сдаётся, хотя улыбка на губах остаётся ядовитой. Отступает на шаг.

Ли Ми-ран (с притворным ужасом):

— Божечки, нет! Конечно, нет. Я лишь хочу сказать: твой оппа появился так внезапно. Даже самые близкие подруги о нём ничего не слышали, судя по их лицам.

Интонация делает слово «внезапно» ударным, подчеркивая, как шутку с двойным дном.

Рядом стоящие Хан Со-ён и Квон Джэ-хён переглядываются. Джэ-хён, лениво перекинув рюкзак на плечо, сохраняет вежливое выражение лица, но поднятая бровь выдаёт недоумение. Со-ён теребит прядь волос, взгляд метается между участницами перепалки. Чон А-рим стоит чуть поодаль, пальцы сжаты в кулаки, обида кипит — видно, как сдерживает слёзы.

Сун-ми резко поворачивается к Ми-ран. На губах — жёсткая, едкая усмешка.

Пак Сун-ми (с сарказмом):

— Ну, про твоего парня ведь тоже никто ничего не знает, не так ли Ми-ран?

Ми-ран открывает рот, но ответу мешает голос Джэ-хёна. Он выходит вперёд, тон сухой, чёткий — как и положено старосте.

Квон Джэ-хён (твердо):

— Хватит. Публичные разборки в коридоре пора заканчивать. Это уже не спор, а спектакль. Идём в парк, если так уж надо.

Он указывает на зевающих учеников, снимающих всё на телефоны.

Квон Джэ-хён (с нажимом):

— Вы уже и так в школьном чате на главной роли. Предлагаю на этом остановиться.

Ми-ран вскидывает подбородок, делает пару шагов к своему шкафчику, по дороге поправляя жакет. За ней следует А-рим — глаза всё ещё прикованы к Сун-ми. Та молча подбирает сумку, взгляд скользит по окружающим: собравшиеся ученики отступают в стороны, давая дорогу.

Вся компания выходит из школы. Впереди раскинулся парк — зелёное сердце «Сонгдэки». Аллеи обрамлены кедрами с ровными колоннами стволов, источающими тонкий древесный аромат. Среди них величаво цветут магнолии — бело-розовые лепестки тянутся к солнцу, наполняя воздух нежным, почти невесомым запахом. Фонтан в центре тихо журчит, отражая в дрожащей воде солнечные блики. Это место видело немало разыгранных школьных драм.

Остановившись у аллеи, Сун-ми резко оборачивается. Взгляд — прямой, в нём вызов.

Пак Сун-ми (напористо):

— Так что ты хотела рассказать о своём парне, Ми-ран? Или… его просто нет?

Ми-ран замирает. Привычная уверенность даёт сбой. Глаза опускаются на секунду — этого достаточно, чтобы понять: она в тупике. Или признать, что парня нет, или признать за Сун-ми право держать своё в секрете. Проигрыш — в любом случае.

Но растерянность быстро исчезает. Ми-ран что-то решает, её лицо смягчается, она смотрит в глаза Сун-ми с лёгкой, почти искренней симпатией к проигравшему.