— Ваша последняя работа? — спросил, беря стрёмную разляпистую штуковину в руки.

Коснувшись её пальцами, я ощупала «работу» и кивнула с улыбкой:

— Это мой свадебный подарок вам.

О, лицо Дэйкера нужно было видеть! Даже моя многолетней тренировки выдержка едва не дала трещину.

— Это… — вопросительным тоном начал он, побуждая пояснить глубинный смысл моего шедевра.

— Сердечко, — улыбнулась я. — Свадьба же.

— О… чень красиво, — судя по выражению лица, впечатление Дэйкера разрывалось между Танзиным «больше похоже на задницу» и Бэйновым «ещё более неприличное».

Учитывая борьбу с собой, голос прозвучал вполне ровно.

— Вы повесите его где-нибудь на видном месте? — подлила я масла в огонь.

Кажется, из-за двери раздалось хрюканье. Ох уж эти поросята, подслушивают! Ну ладно, ладно, страхуют меня.

— Непременно, — по-моему, зубы Дэйкера заклинило в улыбке. Хотя мог не стараться, я ведь всё равно её видеть не должна.

Спрятав «шедевр» в карман, муж подал мне локоть, спохватившись, взял мою руку, чтобы положить на свою:

— Готовы?

Кивнув, я двинулась за ним в малую столовую здесь же на втором этаже.

Всё уже было накрыто. К сожалению, на двоих. Узнаюотца: наверняка позавтракал ещё в пять или шесть утра. Хоть свадьба, хоть не свадьба, он своим привычкам никогда не изменяет.

Дэйкер усадил меня за стол и принялся ухаживать. Заботливо описывал, что тут есть, спрашивал, что положить.

После ночной скачки лично я готова была сожрать слона! Своего-то он, наверное, сожрал в собственных покоях, раз сейчас проявляет чудеса выдержки и не набрасывается на еду. Тем более, когда жена не видит. Тоже ведь ночью в седле развлекался.

Пришлось и мне в который раз тренировать свою выдержку и клевать всего понемногу, как и положено леди.

— Как… — начал Дэйкер, но, похоже, решил, что вопрос «как прошла ваша ночь» в контексте первой брачной звучит странно, и тут же поправил сам себя: — Кхм, надеюсь, ночью вы хорошо отдохнули и успокоились.

— Благодарю, мне действительно стало легче, — а ещё легче стало бы, если бы ты дал мне поспать! — А вы? Слышала, вы беседовали ночью с конюхами?

Дорогой супруг едва не подавился рыбной тефтелькой.

— А что ещё вы слышали? — спросил дивным тоном. Выражение лица было ещё более дивным.

— О, в этом доме сложно что-то утаить, — с нежной улыбочкой произнесла я. — Говорят, вы ночью катали на лошади прекрасную незнакомку. Очень рада, что мы друг друга поняли и вы с первой же ночи переключились на любовницу.

Тефтелька с трудом протиснулась в горло супруга, едва не удавив беднягу. Он покраснел, глотнул воды, и всё это настолько бесшумно, что невольно вызвал моё искреннее восхищение!

Всё же кашлянул, прочищая горло.

— Шейли, — накрыл мою руку своей, и даже видя это действие, я не смогла не вздрогнуть.

Прикосновение вызвало неожиданный прилив жара, и мне пришлось собрать в кулак все усилия, чтобы не выдернуть руку.

— Не знаю, кто и что вам рассказал, — мягко продолжил Дэйкер, справившись и с голосом, и с лицом. — Ночью я отвёз сестру к лорду Болстону. Поверьте, я не стал бы оскорблять ваш дом, приводя сюда других женщин. И уверен, мы с вами обязательно сможем жить настоящей семейной жизнью. Для того и позвал вас, чтобы начать узнавать друг друга.

Угу, шиш тебе, а не семейная жизнь со мной!

— Неужели Файни наняла мало слуг на свадьбу? — спросила я.

Бровь Дэйкера удивлённо заломилась.

— Почему вы так думаете? — уточнил он осторожно.

— Если никто из них не мог отвезти вашу сестру домой.

Ответить Дэйкер не успел, хотя мне интересно было бы послушать, как он выкрутится.

Однако дверь отворилась, пропуская отца. Уже в своём генеральском мундире, полностью собранного и готового к дороге.

— Папа? — спросила я, прислушиваясь — и продолжая смотреть перед собой.

— Рад, что застал вас, доченька. Дэйкер.

Отец кивнул, муж поднялся — тоже приветствуя тестя кивком.

Ну и я поспешила встать, мягко ступая, подплыла к папе — тот протянул руку, помогая мне с направлением.

— Уже уезжаешь? — спросила тихо.

— Прости, малышка, дела зовут, — отец легонько потрепал меня по щеке, как делал ещё с самого детства перед отъездом. — Теперь ты в надёжных руках. Надеюсь. Кхм… надеюсь… — родительский язык так и не повернулся спросить, всё ли прошло нормально в брачную ночь.