Не особенно удачным ударом, надо сказать.

Он, с дырой в груди и мёртвыми, белёсыми глазами, в одиночку пошёл к королю. Он не бежал. Он не атаковал. Он просто шёл. Спокойно, с какой-то жуткой, пародийной аристократической грацией.

Он подошёл к последнему рубежу обороны, где стояли, выставив щиты и копья, телохранители и гвардия Вейрана. Они кричали ему, чтобы он остановился. Само собой, мертвец их проигнорировал.

Мёртвая пехота по всей окружности холма ударила по гвардии Вейрана. Гвардия хорошо сражалась и держала удар, выбивая одного за другим нежить, но… Нежить постоянно прибывала и то один, то другой гвардеец падал, вскоре восставая в качестве мертвеца. Хуже всего для бруосакцев было то, что они дрались без фортификаций, надеясь только на мастерство.

Тем временем в середине построения мёртвой пехоты возникли два Мёртвых Рыцаря. Они подняли руки и нанесли магический удар по охране, которая преградила путь обращённому рыцарю в золочёных доспехах.

Пехоту просто отбросило во все стороны, как картонные фигуры и не было магов, которые бы остановили этот удар.

Золочёный рыцарь просто пошёл вперёд и дошёл до самого королевского штандарта, остановился в нескольких шагах от Вейрана.

Шесть охранников кинулись на рыцаря, но он, нанося резкие скупые удары, расправился с ними менее чем за пятнадцать минут.

Король, на глазах которого всё это происходило, был белым, как полотно. Он с ужасом смотрел на своего бывшего лучшего генерала, превратившегося в чудовище.

Мертвый командир не нападал. Он просто стоял и смотрел на своего короля.

А затем он поднял руку. И указал на Вейрана костлявым, обтянутым кожей пальцем.

Палец генерала сместился и король как завороженный повернулся, следуя указующему персту.

Там, в десятке метров от Вейрана, возник один из Мёртвых Рыцарей и немедленно убил троих магов и несколько телохранителей, создавая такой же очаг нежити. Близость Мёртвого Рыцаря наконец донесла до короля простую мысль о том, что он не только проигрывает сражение, но и рискует умереть. Здесь и сейчас, жестоко и банально. Более того, есть вариант, что и он станет нежитью. Мёртвый король…

Кто знает, кем были Мёртвые Рыцари до того, как стать лидерами нежити?

Трое магов, чьей единственной целью была охрана его королевского величества поняли, что момент настал.

— Телепорт! — рыкнул старший из них, седобородый дед.

Тройка встали вокруг Вейрана, формируя живой и в то же время нагруженный магией треугольник, и за несколько секунд сплели сложное заклинание.

Воздух вокруг магов замерцал, искажаясь, как от сильного жара. Они создавали кокон из защитных заклинаний, готовясь к пространственному скачку, причём сделали это невероятно быстро.

Король, вероятно, был готов героически погибнуть вместе со своей армией, но у магов-охранников были свой приказ и свой долг. На их выполнение, прямо на глазах у золочёного рыцаря, у них ушло от силы секунд шесть.

Вейран, уже находясь внутри мерцающего кокона, бросил последний, полный ужаса взгляд на поле боя.

Маги активировали заклинание.

Яркая, слепящая вспышка света ударила по глазам. На мгновение всё вокруг стало белым.

А когда зрение вернулось, на вершине холма уже никого не было. Король и его маги исчезли.

Мёртвый генерал в позолоченных доспехах, до этого стоявший неподвижно, сделал шаг вперёд. Он подошёл к окаменевшему от ужаса знаменосцу. Поднял руку. И с силой ударил по древку штандарта.

Дерево, окованное металлом, с треском переломилось.

Королевский штандарт Бруосакса, символ власти и гордости целого королевства, упал в грязь, смешанную с кровью.

Падение главного символа власти стало последним гвоздём в гроб армии Бруосакса. Остатки организованного сопротивления исчезли. Бегство, до этого хаотичное, стало всеобщим. Те немногие, кто ещё пытался сражаться, бросили оружие и побежали, пытаясь спастись от надвигающейся орды мертвецов.

Солнце едва пробивалось между туч, освещая подножья холмов-Фанделлеров.

Картина была жуткой.

Вся долина, насколько хватало глаз, была усеяна телами. Десятки тысяч убитых повторно. И несколько десятков тысяч мёртвых, которые стояли. Неподвижные, молчаливые, с пустыми глазами, устремлёнными в одну точку. В сторону нашего холма.

Хорошо, что не атаковали, а то нам бы пришёл кабздец.

Армия Вейрана была полностью уничтожена. Живых на поле больше не осталось. Да, части удалось бежать. Остались только мёртвые.

Зловещая тишина давила на уши. Ветер, гулявший по долине, не доносил ни стонов раненых, ни криков победителей. Только шелест знамён, которые ещё держали в костлявых руках мёртвые знаменосцы.

Я смотрел на эту армию, на это море смерти, и чувствовал, как во мне борются два чувства. Холодный восторг аналитика, получившего в своё распоряжение идеальное оружие. И первобытный, глубинный ужас человека, заглянувшего в бездну.

Я сделал свой выбор и использовал в качестве инструмента — Смерть.