— А Вы опасный человек, Рос Голицын, если игнорируете базовые понятия.

— Боюсь, что у меня другие базовые понятия.

— Тогда, может быть, моему клану есть, что сказать.

— Ну, так говорите.

Мы дошли до ворот. Старшина глянул на меня, скользнул по моим спутникам, кивнул Фаэну.

— Командор, Вы за город?

— Да, Брейцши. Как сегодня рота?

— Болеют, ждут весну. Тут хорошо, командор. Отправили заявку сапёрам.

— А что такое?

— У ворот два подъёмных механизма, левый подклинивает. Нехорошо.

— Если будут проблемы, сообщи мне, подтолкну.

Мы прошли ворота.

— Вы знаете всех своих воинов или с этим старшиной какое-то особенное знакомство? — спросила эльфийка.

— Ага. У меня с каждым первым особенное. Был момент, я дрался во второй линии на болотах, а он держал щит на первой. Ему тогда скелеты чуть голову не снесли. Забавно, если подумать…

Мы шли по пригородной дороге, Фаэн поддерживал её за руку, хотя это и было излишне.

— Мои люди устали скитаться по чужим скалам и ждать, когда прибудет очередной жалкий ублюдок, которые попытается меня прирезать, — Маглита понизила голос до доверительного полушёпота. — Однако братство Бойк знает себе цену и не готово быть прислугой.

— Сестра-эльфийка, а что, похоже, чтобы я нуждался в прислуге? Мне не нужны подтиральщики задницы, я и сам это могу. Мне нужны воины. Вы понимаете, почему из десятка изгнанных кланов Собачьих островов я послал своего друга к вам?

— Потому что мы лучше всех? — самодовольно спросила она.

— Потому что вы лучше всех, — повторил я и мне показалось, что её глаза вспыхнули женским самодовольством. — По крайней мере, меня в этом убедил Фаэн. Он очень много про вас говорил.

— Правда? — хлопнула ресницами эльфийка.

— Да. И своему соратнику я доверяю. Газария ведёт войну за собственное существование, — произнес я ровным, лишённым эмоций тоном. — Если вы встанете плечом к плечу с моими людьми против нашего общего врага, вы станете частью Газарии. Вы получите землю под собственную базу-городок, права и защиту закона. Есть второй вариант, это простой наём. Я без проблем заплачу разумно-высокую оплату за ваши военные услуги как наёмникам. Вы здорово подзаработаете. Если же вы предпочтёте просто выполнить грязную работу за несколько сундуков монет, вы останетесь обычными наёмниками. Ваше будущее будет в ваших руках. Ну и третий вариант. Вы можете отказаться. Драться вместе со мной это не кабала, всё только добровольно.

Маглита медленно кивнула, принимая мои условия и не спеша давать ответ.

— Справедливо, Правитель, — уголки её губ дрогнули в подобии искренней улыбки. — Но нам нужно подумать, преклонять ли колени перед Вами.

— У нас не принято преклонять колени, — перебил её я. — Вы видели, чтобы мои воины били поклоны? Нет? Потому что так не принято. Каждый первый тут воин. И его гордость заключается не в лобызании моих сапог, а в том, чтобы победить с оружием в руках. Или умереть… с оружием в руках. И я иду на эту войну не со скипетром и державой, а с мечом. И Ваши капитаны мне нужны как те, кто будут драться за нечто общее.

— А что у Вас общее?

— Курай. Я потом покажу.

Закрытая территория Треугольной бухты встретила нас промышленной музыкой — стуком десятков молотков топоров и едким запахом кипящей смолы.

Несколько бригад работали, каждая на своём участке и все выполняли свои задачи.

Мир Гинн не знал конвейера, зато вполне понимал, что такое специализация (хоть и полного разделения труда по Адама Смиту тут не было).

На разных заготовках бригады подгоняли корпуса, покрывали их смолой, собирали каркасы.

У них уже были два своих пирса, и Ибрагим находился на одном из них.

На тёмной морской воде покачивались три готовых катамарана. Их изящные тонкие корпуса напоминали гигантских водомерок, остановивших свой бег.

Маглита остановилась у самой кромки воды. Ее фиолетовые глаза скептически скользнули по деревянным конструкциям, оценивая ширину палубы и полное отсутствие привычных пузатых бортов.

— Вы привели меня посмотреть на гигантские плоты, герцог? — голос тёмной эльфийки сочился нескрываемым разочарованием. — Две скреплённые вместе лодки и два косых паруса. Первое, что приходит на ум, глядя на это — нелепица. Ребёнок нарисовал, а взрослые дяди построили? Серьёзно? Я мореход в тринадцатом поколении, но большей ерунды не видела.

— О, я думаю, Вы будете извиняться за свои слова, адмирал, — я шагнул на пружинящие сходни. — Поднимайтесь на борт. Пора обновить Ваши устаревшие базы данных.