Как и говорилось: актерские таланты включены в прайс.

Я поставил кубок с вином на стол и вернулся к кровати, проигнорировав распахнутое настежь окно, благо в очаге до сих пор курились остатки поленьев, окутывая комнату теплом.

Дел и правда накопилось много, но все они могли подождать. Даже слежка, замеченная вчера вечером в зале трактира, когда за столом появились вызванные из веселого дома куртизанки — невзрачный мужичок в неприметной одежде слишком часто бросал в сторону нашего стола быстрые взгляды.

Сначала я решил, что это посланец от веселого дома, отправленный присматривать за Яолой и Эльзой, но потом понял, что это не так. Соглядатая не заботила сохранность девиц, его интересовали мы с Сореном. И с этим тоже придется разбираться.

Но не сейчас.

Сейчас я собирался вплотную заняться раскинувшейся на кровати обнаженной Яолой, а все остальное может подождать.

5.

С момента возникновения человечества, как отдельного разумного вида, преступность сопровождала его на всем протяжении истории. Всегда находились те, кто был готов преступать порядки, установленные сообществом. Жадность, глупость, алчность вели их, делая изгоями и ставя по другую сторону закона.

Особый расцвет преступность получила, когда появились большие города. Здесь она расцвела буйным цветом, проникая почти во все сферы жизни, так или иначе касаясь всего до чего смогла дотянуться. И одним из обязательных правил в этом становлении являлось появление центра силы, который либо контролировал весь преступный мир самолично, либо часть его, влияя на остальных независимых игроков своим авторитетом и силой.

В Тернионе таким центром притяжения и принятия решений стала воровская гильдия. Появившаяся на заре времен, когда город еще только зарождался, сначала небольшая группа бандитов почти сразу окутала плотными сетями порт и примыкающими к нему районы.

Для кучки удачливых преступников порт стал золотой жилой, позволившей подняться над остальными собратьями, став организованной силой, с которой были вынуждены считаться даже крупные банды, промышляющие в окрестных землях, грабя выходящие из города торговые караваны.

Неформальной штаб-квартирой гильдии воров Терниона уже много лет служила таверна «Дубовая бочка», расположенная на одной из улиц, примыкающих к бедняцким кварталам, полных нищих, опустившихся и разорившихся личностей, где даже днем появляться добропорядочному горожанину категорически не рекомендовалось. Потому что стража в эти края если и забредала, то только по прямому распоряжению магистрата, большим числом и при поддержке отрядов бывалых наемников, находящихся на службе городских властей. Подобные рейды проходили нечасто и в основном напоминали здешним обитателям, что закон все еще стоит на страже в городе и при желании может дотянуться даже до самых мрачных уголков Терниона.

Местные относились к таким рейдам с пониманием, но стоило последнему стражнику покинуть границы квартала, как тут же возвращались к прежним делам, выбросив из головы краткое появление представителей властей, как нечто несущественное и не влияющее на основной ход событий.

Нынешним хозяином «Дубовой бочки», а значит и главой гильдии являлся старый и опытный вор по прозвищу Сыч. Он начинал промышлять на улицах города-порта с младых лет и почти сразу добился уважения со стороны старших воров за счет ума и удачливости. Подобные качества весьма ценились в преступной среде. Болванов, попадающихся на краже яблока на базаре, кого потом отправляли на каторгу или вздергивали в петле на радость толпе на центральной площади, хватало с избытком, умных же и осторожных почти не бывало.

Сыч был как раз из таких, умный и осторожный, тщательно просчитывающий каждый шаг и подбирающий жирную добычу, не распыляясь на мелкий улов, который могут взять обычные беспризорники с улицы.

На мелочи он не разменивался и почти всегда брал самый крупный приз, за что и заработал заслуженную славу в воровской среде, став сначала неформальным лидером, а позже и реальным, возглавив гильдию, когда прежний лидер ушел на покой.

— Ну что? Проследил? — спросил Сыч.

Собеседник утвердительно кивнул.

— Проследил.

Встреча происходила в задних комнатах упомянутого трактира среди баулов и ящиков с краденным товаром. У гильдии имелись другие местах для хранения, даже целые склады в портовых порталах. Часто заработок шел не только от краж грузов с кораблей, но и с провезенной мимо таможни контрабанды. А где безопасней всего прятать незаконный груз, как не под самым носом властей. Но особенно ценные вещи глава воровского сообщества предпочитал хранить у себя, чтобы лично присматривать, не доверяя посторонним.

Сыч, недавно разменявший пятый десяток, но все еще крепкий и подвижный мужчина, по старой привычке предпочитал неприметную одежду, чтобы не привлекать излишнего внимания. А значит никакой кричащей роскоши. Старый вор не понаслышке знал, как быстро ловили любителей выставлять богатство напоказ и не желал разделить с ними участь. А потому из украшений носил только серьгу в ухе (перенятая еще в молодости от знакомых моряков привычка) и пару колец на худых костлявых пальцах. Если бы его встретил на улице обычный человек, то ни за что не догадался, что видит перед собой короля преступного мира Терниона.