1.
Заметив, что чемодан с цветочным принтом проходит по жёлобу и спускается по конвейерной ленте, я поспешила вперёд и вытащила его так быстро, насколько это позволял 22-килограммовый чемодан женщине с моим стройным телосложением.
Ожидание появления своего чемодана всегда вызывало у меня беспокойство с тех самых пор, как однажды летом, приземлившись на родной земле после семейного отпуска в Ванкувере, нам сообщили, что один из наших чемоданов остался в Канаде. Кто-то там что-то перепутал. И как назло это был как раз мой чемодан. Его доставили первым классом на следующий день, но после этого неприятный осадочек в душе остался уже навсегда. Я уже не могла улететь, не беспокоясь, что моя одежда останется в Массачусетсе.
Взявшись за ручку, я вздохнула с облегчением и по указателям проследовала к пункту высадки в лондонском аэропорту Хитроу — одном из самых загруженных аэропортов в мире. Этим вечером он, безусловно, оправдывал ожидания. Пассажиры сновали туда-сюда мимо меня, задевая и толкая меня, пиная мой чемодан в своём безумном порыве выбраться из аэропорта.
Когда я вышла из терминала 5, воздух был тёплым и манящим. Было на удивление тепло. Маркус много рассказывал о погоде в Великобритании, и я ожидала в первый приезд дождь со снегом.
Маркус. Где, блин, он застрял? Я молилась, чтобы он не заставил меня ждать весь день. Пунктуальность не была его сильной стороной.
Борясь с желанием порыться в портсигаре в поисках сигареты и не представляя, долго ли мне придётся его ждать, я подняла глаза и увидела приближающегося высокого лохматого парня. Заметив меня, он бросился мне навстречу. Я последовала его примеру.
— Вот ты где, — сказал он, обнимая меня и поднимая над землёй.
Я хихикнула, и мы поцеловались, как воссоединившиеся влюблённые — типа он солдат, вернувшийся домой с войны, а я — его любящая жена. Ну, не совсем. Но на мгновение я позволила себе пофантазировать.
— Боже, как я скучал по тебе, — сказал он, наконец, опуская меня обратно на землю.
— Глупышка, прошло всего 2 недели с тех пор, как мы виделись, — сказала я, поправляя блузку, две пуговицы на которой расстегнулись во время наших объятий.
— Да, но этого мне хватило, чтобы соскучиться.
По какой-то причине — возможно, из-за того, что он находится в своей стране — его английский акцент казался гораздо более выраженным. Прекрасно говорящий, с отличной дикцией, это был Маркус Резерфорд-Мэннинг. Его голос я могла слушать целый день напролёт и никогда не уставать от него. У меня был на него какой-то фетиш или что-то в этом роде. Я настаивала, чтобы он всё читал мне вслух, просто чтобы посмаковать его акцент: надписи на коробках с хлопьями, ненужные брошюры, которые попадали в почтовый ящик — всё!
Я провела пальцами по его светло-каштановым локонам, отметив, как сильно они отросли за такой короткий промежуток времени. Небольшая полоска щетины над его губами тоже была новой и довольно очаровательной, если не сказать уморительно неадекватной. У него просто не получалось отрастить усы или бороду, как он ни старался. Он был зрелый во всём, кроме растительности на лице, что меня вполне устраивало, учитывая, как раздражало трение щетины о мою кожу, когда мы целовались.
Не спрашивая, он взял у меня чемодан, затем свободной рукой взял меня за руку:
— Мы припарковались вон там.
— Мы? — переспросила я, поражённая.
Он приехал с родителями? Я впервые увижу его родных? Я была совершенно не готова и отчаянно нуждалась в душе. Перед полётом на самолёте я собрала свои тёмно-каштановые волосы в свободный пучок и выглядела ужасно!
Он ничего не сказал, просто повёл меня через парковку, пока мы не добрались до шикарного чёрного "таун-кара". От изумления у меня отвисла челюсть не только от вида машины, но и от того, кто стоял рядом с ней — водителя, одетого в чёрный костюм и шляпу в тон. Он улыбнулся мне и слегка поклонился, а потом открыл дверь.
— Что это? — я посмотрела на Маркуса в поисках ответов, нервная улыбка играла на моих губах. — Ты нанял для меня частную машину? Тебе не кажется, что это немного чересчур?
Его щёки вспыхнули, и он переглянулся с водителем:
— Не совсем. Виву работает на мою семью уже 15 лет...
"Работает на его семью?" — одними губами переспросила я, садясь в машину. Виву, водитель, загрузил мой чемодан в багажник, а Маркус забрался рядом со мной. Он нажал кнопку, и поднялась стеклянная перегородка, разделяя пассажиров и водителя. Я всё время смотрела на это всё, воспринимая происходящее, как тщательно продуманный розыгрыш — к тому же дорогостоящий.
— Что? — спросил он, наконец заметив, что я смотрю на него.
— Что происходит?
— Ничего. Мы едем домой.
Я закатила глаза:
— Это я поняла. Но откуда водитель? У вашей семьи есть личный водитель?
— Ага, — он пожал плечами и выглянул в окно, как будто подобные вещи были обычным явлением.
Так он обычно уходил от разговора. После 6 месяцев знакомства я научилась распознавать все его маленькие хитрости.
Я похлопала его по руке, пока он снова не повернулся ко мне: