Шрифт:
Въезжая в ворота, чувствую, как меня стремительно покидают остатки той лёгкости, которую испытываю каждый раз, как оказываюсь за пределами территории Шакурова.
Паркую автомобиль у крыльца и, забрав сына, иду в дом.
Стоит только войти, и напряжение сковывает меня до основания. Невидимые нити тревоги оплетают, душат, лишают воздуха.
Бросаю беглые взгляды по сторонам, пытаясь визуально определить, дома Айдар или нет. Напрасная трата времени. Конечно же сделать это мне не удаётся. Шакуров не из тех мужчин, кто оставляет видимые следы своего присутствия.
Скинув балетки, поднимаюсь на второй этаж.
Собираясь к родителям в гости, няню на сегодня я отпустила, поэтому до конца дня провожу время с сыном.
Ближе к вечеру Матвей становится вялым и капризным. Личико горит, глазки тусклые, сонные.
Измерив температуру, с сожалением делаю вывод, что малыш заболел.
Созваниваюсь с нашим педиатром и описав ей симптомы, получаю рекомендации. Жаропонижающее, обильное питьё, постельный режим. Всё как обычно.
Дав ребёнку лекарства, укладываю его спать.
Время явно для сна неподходящее, но в его нынешнем состоянии не до режима.
Включаю радионяню и максимально тихо выхожу из детской.
Спустившись в кухню, завариваю себе кофе.
Беру кружку и сажусь за стол.
Верчу в руках телефон, на мгновение задумавшись над тем, чтобы позвонить Айдару, но буквально сразу отметаю эту мысль.
В попытке отвлечься захожу в одну из социальных сетей.
Бездумно листаю ленту, просматривая фотографии, видео, новости.
До тех пор, пока на мой телефон не приходит сообщение с неизвестного номера, с вложением в виде файла.
Руки начинают мелко подрагивать, потому что на интуитивном уровне я уже догадываюсь что там увижу. И мне бы удалить это послание не читая, но я мазохистски желаю видеть…
Одно движение пальца и взгляд стопорится на том, что заставляет мои внутренности сжаться в болезненном спазме.
Фотография небольшая, зернистая, сделанная, очевидно, тайком. Но даже плохое качество не скрывает главного.
В центре кадра Айдар. А рядом с ним она. Высокая блондинка с длинными, ухоженными волосами. Она одета в облегающее красное платье, подчёркивающее стройную фигуру.
Мой муж приобнимает улыбающуюся девушку за талию, словно так и должно быть. Будто это его право.
На заднем фоне вход в известный в нашем городе отель. Место, где обычно останавливаются важные гости, где проводят деловые встречи. И не только деловые…
Внутри всё переворачивается. Дыхание перехватывает. В глазах темнеет.
Усмехаюсь, в то время как во рту растекается горечь. От осознания что он даже не скрывается.
Ненавижу.
Как же я тебя ненавижу, Шакуров.
Картинка застывает перед глазами, словно кошмар, воплощенный в пикселях.
И тут же, будто подчиняясь всем известному закону, экран телефона оживает, загораясь ненавистными инициалами…
Глава 10
Лера
Пока раздумываю отвечать или снова проигнорировать, звонок обрывается.
Выдохнув, убираю телефон в сторону.
Настроение окончательно испорчено.
Делаю несколько глотков чая и вылив остальное в раковину, мою кружку.
Забираю со стола смартфон и радионяню и иду наверх, в детскую.
Не успеваю дойти до комнаты сына как телефон снова оживает.
– - Да боже ж ты мой!
Сворачиваю в небольшую гостиную и сделав предварительно два глубоких вдоха, принимаю вызов.
– - Да! – раздражение в голосе скрыть даже не пытаюсь.
– - Лера! – гремит динамик голосом Шакурова. – Какого чёрта… мать твою?..
Ого, впервые слышу, как Шакуров ругается.
Это даже интересно.
Долбаный киборг способен испытывать настоящие эмоции.
Надо же.
– - Чего тебе?
Врезавшееся в роговицу глаза фото не позволяет лицемерить. Я не хочу с ним разговаривать и не скрываю этого.
– - Тон смени! – обжигает ледяным приказом, но я не реагирую на слова. Я маниакально вслушиваюсь в окружающий его фон, пытаясь определить один он сейчас или… И презираю себя за это.
– - Почему не отвечала?
– - Занята была. – отрезаю зло.
Мы оба с ним понимает, что это ложь. Не отвечала, потому что не хотела, иначе бы перезвонила при первой возможности, как поступала много раз до этого.