— Пошли нахер, пока целы, — лениво, через губу, процедил Денис, давая потенциальному противнику шанс избежать конфликта.

— Шта-а-а!?! — изумился главарь, но еще больше изумился он, немедленно получив нокаутирующий боковой удар в подбородок, отчего глаза его закатились и он осел на мостовую, как мешок с картошкой.

Его подельники так же не остались без внимания старшего помощника. Тот, который стоял позади Дениса, получил удар локтем в живот от которого согнулся пополам и забыл, как дышать, а третий — удар ногой по яйцам, не менее болезненный, чем "подарки" двум другим его друзьям. Весь инцидент, начавшийся с нокаутирующего удара и закончившийся сотрясением яиц, продлился не более трех… максимум четырех секунд и внимания прогрессивной общественности не привлек. После завершения блицкрига подтвердилась известная формула: "Любовь и голод правят миром". Точнее говоря, ее вторая часть, та, которая про голод.

— Пойдем, — вздохнул Ботон, пришедший к закономерному выводу, что знакомство с мутным челом уже засвечено и терять ему больше нечего, а кушать хочется и задал направление движения вглубь Торговых Рядов, прочь от Злотого Города.

До искомого заведения со странным названием "Пастушка и хорек" добрались быстро и буквально через десять минут наша парочка уже устроилась за столом в ожидании официантки, или официанта. Положа руку на сердце, надо честно признать, что любой сотрудник Роспотребнадзора, служащий в отделе гигиены питания, после внеплановой проверки закрыл бы эту точку общепита навсегда, из-за вопиющего попрания всех санитарных норм и правил, начиная с нарушения товарного соседства и заканчивая засаленными передниками сотрудниц. Но так как подобной службы в Балтане не было, то заведение прекрасно себе работало, цвело и пахло и что характерно — запахи, доносящиеся с кухни были вполне себе аппетитными. Судя по всему, Ботон знал, куда шел.

— Ты теперь, когда на базар придешь, ходи и оглядывайся, — хмуро предупредил мальчишка старшего помощника.

"Где-то я такое уже слышал!" — ухмыльнулся Денис.

"На пляже! — напомнил голос. — Перед тем, как голову срубить этому козлу!"

"Спасибо, Кэп! — поблагодарил его старший помощник. — Ты бы лучше напомнил вовремя про чистую одежду и обувь!"

"Да пошел ты! — огрызнулся голос. — Секретаршу заведи сисястую. Пусть она тебе и напоминает! А я не нанимался!"

"Это мысль! — согласился с голосом Денис. — Насчет секретарши!"

А Ботон продолжил:

— Это "Дети"…

— Сукины? — осклабился старший помощник.

— Нет, — на полном серьезе откликнулся мальчишка. — Дети своего Отца — так они называются.

— Кто они? — без особого интереса — так, для приличия, полюбопытствовал Денис.

— Кто они, никто не знает, — вздохнул Ботон, — грат их задери. Появились несколько десятидневок назад и начали наводить свои порядки на базаре. Все им должны!

— И ты?

— И я!

— А старослужащие куда смотрят? — поднял бровь удивленный старший помощник. Несмотря на незнакомый термин, он был уверен, что пацан его прекрасно поймет. Так и произошло.

— Отец сильный маг…

— И что? — пожал плечами Денис. — На базаре что? — своих магов нет?

— Были, — согласился Ботон. — Двоих Отец убил, а третий теперь под ним ходит.

— Вот оно чё… — покачал головой старший помощник. — А мужики-то и не знают…

Эту в высшей степени интересную беседу прервало появление толстой неряшливой тетке неопределенного возраста, исполнявшей обязанности официантки, а если называть вещи своими именами, то — подавальщицы. Никакой симпатии у Дениса тетка не вызвала и дело было не в ее возрасте, неприглядной внешности, неприветливости и прочих имиджевых особенностях, а совсем в другом.

Старший помощник ощущал ее, как старуху, которые обретаются в православных храмах и заняты тем, что злобно поучают смущенных прихожан, как стоять, как свечку держать, как молиться и прочим церковным премудростям. При этом от злобы они разве что не шипят, как змеи и никакого отношения ни к Богу, ни к Церкви не имеют, а злобствуют по велению души.

— Что жрать будете, голодранцы? — тетка подтвердила своим вопросом высокое качество интуиции Дениса.

Ботон вопросительно взглянул на старшего помощника, а тот лишь махнул рукой:

— Заказывай, что хочешь. Не стесняйся.

И через мгновение парень уже диктовал подавальщице свой заказ. Так как Денис разрешил Ботону не стесняться, то пацан и не стеснялся и заказал тушеное и жареное мясо, запечённую рыбу, пирог с яблоками и компот. Ну, а старший помощник, хоть и не боялся отравиться из-за наличия наников в крови, брать что-либо съедобное поостерегся — береженого бог бережет, и заказал лишь стаканчик сливовой водки, которая не могла повредить организму никак — высокий градус убивал микробов и вообще все живое, что могло попасть в посуду.

— А денег-то хватит, дружка милого накормить, — подавальщица сально подмигнула Денису, — перед тем, как нагнуть?

Старший помощник от услышанного оторопел — ведь, как ни крути, но тетка, как работник заведения была заинтересована в привлечении клиентов, а не в их отваживании. Реакция же Ботон была скажем так — колористической, лицо мальчишки покраснело, а уши побелели, кроме того на глазах у него выступили слезы, а руки сжались в кулаки.

Денис вполне допускал, что у подавальщицы был тяжелый день, что у нее муж пьяница и сын наркоман, что ее в двенадцать лет, когда она была девочкой припевочкой, изнасиловали пьяные матросы и с тех пор жизнь ее пошла по наклонной, пока не остановилась в "Пастушке и хорьке", но, как известно, шерифа проблемы индейцев не интересуют. Надо было выручать мальчишку, пока тот не лопнул от незаслуженной обиды.