"Ставки растут!" — ухмыльнулся голос.

"Да уж…" — был вынужден признать его правоту Денис.

— Мытье без ограничения по времени с возможностью посещения индивидуальной парилки и индивидуального бассейна — пол золотого, — продолжила декламацию прейскуранта рыжая.

"Итого золотой, чтобы помыться и почистить перышки! — возопил голос. — Ты нас по миру пустишь!"

"Овес нынче дорог…" — философически отозвался старший помощник.

— Заказ банщицы-массажистки — золотой, — принялась добивать внутренний голос Бедриса, после чего завершила экзекуцию: — Заказ обеда — золотой.

— А кто у нас банщицы-массажистки? — полюбопытствовал Денис, прежде чем голос поднял вой о недопустимости подобных трат, на что рыжая глазами показала на своих подруг, внимательно прислушивавшихся к беседе. Других клиентов не было, заняться им было нечем — вот девушки и грели уши.

— И ты? — уточнил старший помощник.

— И я… — завлекающе улыбнулась рыжая.

"Не вздумай!" — рявкнул голос.

"Беру!" — отозвался Денис.

— Мне нужно мытье без ограничения по времени с возможностью посещения индивидуальной парилки и индивидуального бассейна, — начал свой спич старший помощник и поставил победную точку: — А так же глубокая очистка одежды и обуви и ты в качестве банщицы-массажистки.

— Три золотых! — задорно улыбнулась девушка, на что Денис невозмутимо извлек из Бездонного Колодца кошелек Хасарета откуда достал три золотых монетки, которые и протянул Бедрисе.

"Транжира!" — припечатал старшего помощника внутренний голос, но тот в долгу не остался:

"Может меня завтра… да что там завтра — сегодня вечером убьют, а я сейчас буду экономить! Так что ли!?! — вызверился Денис. — Хрен тебе в обе руки! Оббивать гроб долларами изнутри — дурной вкус!"

"Ага! Лучше на скачках просадить!" — продолжил занудничать голос, но уже так… — без огонька. По инерции.

— Оружие надо оставить в гардеробе, с ним внутрь нельзя, — Бедриса кивнула куда-то в сторону, где видимо гардероб и находился.

— Обязательно, — хмыкнул старший помощник, — убирая клинки в Бездонный Колодец, чем вызвал уважительный взгляд банщицы-массажистки. Видимо наличие подобного артефакта являлось признаком определенного, достаточно высокого, статуса.

"Не верю!" — неожиданно дал о себе знать внутренний голос.

"В торжество разума, добра и справедливости? — глумливо ухмыльнулся Денис. — Так и я не верю!"

"Не верю, что ты спокойно пойдешь мыться, а не ввяжешься в очередной блудняк! — встречно ухмыльнулся голос. — Не с твоими талантами!"

"Схуяли? — удивился старший помощник. — Стою, никого не трогаю…"

Про починку примуса Денис сказать не успел, потому что буколическая обстановка на ресепшене "Золотых Терм" была нарушена появлением шумной компании молодых "попугаев". С видом хозяев жизни, эта пестрая толпа чуть не вырвалось — с гиканьем и свистом, но на самом деле просто с дурным ором, оккупировала стойку, отодвинув старшего помощника в сторону.

— Берм всех! — торжественно, голосом Левитана, объявлявшего о победе Советского Союза в Великой Отечественной Войне, заявил предводитель этой радужной орды — высокий блондин с породистым аристократическим лицом, на что банщицы-массажистки, со своей стороны, радостно захихикали.

В это время Бедриса, выбравшаяся из-за стойки, подхватила Дениса под руку и наша парочка направилась к дверям, ведущим в глубь банно-прачечного комплекса. Это действо не понравилось высокому блондину и он остановил девушку, схватив ее за плечо.

— Куда это ты? — удивился он. — Я же сказал берем всех! — Его сподвижники ответили на это заявление радостными криками, какими поклонники встречают так называемых "звезд" спорта и эстрады. В ответ на этот демарш старший помощник кротко заметил:

— Девушка со мной, отпусти ее пожалуйста.

"Оп-пань-ки! — обрадовался внутренний голос, прекрасно знавший, что первобытные племена, впрочем, как и любые другие слаборазвитые народы и отдельные личности, вежливость принимают за слабость и наглеют. — А я предупреждал!"

"Ванга хуева… — вздохнул Денис. — Накаркал-таки…"

"Не накаркал, а предвидел!" — довольно осклабился голос.

Блондин никакого внимания на слова старшего помощника не обратил, отпускать Бедрису не собирался, а вовсе даже наоборот обнял ее и прижал к себе посильнее. Зная подобный сорт людей, никакого смысла в дальнейших переговорах Денис не видел, вследствие чего немедленно перешел к активным действиям, направленным на принуждение блондина к миру.

Шпага старшего помощника выпорхнула из Бездонного Колодца с быстротою молнии и ее острие замерло в непосредственно близости от глаза оппонента. Результатом этого действия стали сразу несколько событий: во-первых, румяный блондин смертельно побледнел; во-вторых, он немедленно освободил из своих объятий захваченную девушку и в-третьих, на ресепшене "Золотых Терм" воцарилась мертвая тишина — заткнулись все — и орущие мажоры и хихикающие банщицы. Всеобщее молчание нарушил Денис, который спокойно и можно даже сказать — с некоторой ленцой распорядился: