Будить Киприна не пришлось, не успел ведьмак осушить бутыль, а солтыс уже бежал к ним с группой Селковых милиционеров.

– Вы чего тут творите?! Шум, вой, крики, а вы просто водку распиваете!
– ведьмак прервал негодования солтыса жестом.

– Тихо, Киприн, у меня новости и очень, очень нехорошие.

Когда они переместились в хату главы деревни Вернер всё подробно изложил солтысу.

– Это плохо.
– подытожил бледный как смерть Киприн- Ежели всё так как вы говорите, мэтр ведьмак, мы в большой беде.

Ведьмак кивнул.

– Этот оборотень эльф, старшие рассы редко сталкиваются с подобными проклятьями, но если сталкиваются то выходит худо. Их нервная система крепче людской, они куда дольше сопротивляются звериному безумию. Вот и наш волчок сохраняет ясность мысли, использует тактический подход, более того он подчинил себе несколько других вервольфов. Полагаю собственного разума у них не осталось, но исполнять его команды они вполне способны.

– Святая Мелитэле! Они ж нас всех пожрут, всех. Хуже нильфов, от чёрных по лесам прятались, а от этих как спасаться.
– прохрипел Киприн, становясь уже серо-зелёным.

– Успокойся, старый Ингвар из ведьмачей школы рассказывал о таком феномене. Он его назвал "Волчьим королём", сказал что это возможно если старый матёрый вервольф силой заставит одичавших подчиняться. Но есть уловка, стая у него, как уже сказал, дикая, есть одно средство от которого ликантропы теряют голову, становятся крайне агрессивными. На нашего эльфа едва ли сработает, а вот заставить его свору действовать бездумно сможет.

– Всё сделаем, мэтр!
– горячо заверил Киприн

– Хорошо, я составлю список всего необходимого, рецепт не слишком сложный, думаю у вас найдутся нужные реагенты.

На утро у Антоана болела голова, а события минувшей ночи расплывались в памяти скрываясь за дымкой забвения. Ему даже пришлось приложить усилия чтобы убедиться в том что это не было сном. Ведьмак ушёл до его пробуждения и обнаружился на краю села граничащем с лесом.

– Что ты делаешь?
– сонно пробубнил бард, но Вернер остановил его взмахом руки. Убийца широкими шагами мерил окружность от стены ближайшей хаты, бурча что то себе в бороду.

– Я не уверен в радиусе действия заклинания, не уверен что это вообще заклинание, похоже больше на бабкины причуды.
– пояснил он осматривая отменённый им круг.
– Собрать ингридиенты, связать из них чучело ребёнка, вереск на место сердца положить. Ещё и заклятие странное, на старшей речи но в переводе абсолютно несвязная белиберда.

– Я ничего не понял.
– честно сказал поэт.

– Главное чтобы понимал я.
– улыбнулся ему Вернер.
– Ладно, подготовиться ещё успею, надо идти пожрать чего нибудь.

Дочка мельника которую ,по видимому, солтыс приставил заботиться о гостях долго игнорировала канючещего песенками и игрой на краснолюдской свирели Антоана и подала ему нехитрый завтрак только после просьбы ведьмака.

– А ты стал дружелюбнее.
– решился на откровенность поэт. Они расположились недалеко от своего амбара, подставив лица солнцу и мусоля данные на завтрак сухари с тоненькими шмотками сала.

– Я говорил, мне ,вроде как, нравятся люди искусства. А то что ты вчера предупредил меня об опасности, умудрившись при этом не загадить исподнее я тоже ценю.
– хмыкнул Вернер. Антоан улыбнулся похвале.

К полудню солнце стало неимоверно печь голову, а мошкара, сидящая в высокой, по колено, растительности и потревоженная идущими людьми, громко гудела над ухом так и намереваясь укусить. Антоан наконец окончил свои попытки пересвистеть её на любимой свирели и обратился к ведьмаку.

– Так что мы ищем?

– Полынь, бессмертник и в особенности вербену. Подозреваю что по сути только она нам и нужна.
– пояснил Вернер- Она обладает удивительным эффектом для вервольфов, стимулирует выработку гормонов и приводит в состояние сексуального возбуждения, как мята для котов.

– Ты всегда говоришь так заумно?

Ведьмак пожал плечами.

– Старый Ингвар колотил меня каждый раз как я начинал изъясняться подобно скеллигским пиратам, вот и видать я и набрался.

– Кто такой этот Ингвар?
– не выдержал бард.

Вернер вдруг посмурнел, но глянул на барда спокойно.

– Может потом расскажу, ищи траву.

Ведьмак то и дело присаживался, что то срывал, критически рассматривал, пробовал на вкус и клал в маленький подсумок на широком обшитом кольчугой поясе. Трубадур же в травах не разбирался и вместо этого просто расхаживал рядом с ним, придумывая новую песенку или поэму чтобы получить сегодня ужин.

В Селки вернулись только в сумерках. Вернер расширил зрачки, шёл быстро, обходя скрытые в траве булыжники и кротовые норки. Антоан запнулся почти обо всё на пути. Вымотанные жарой, бысто перекусили варёной картошкой и легли спать.