Кони сшибали погань не хуже мечей. Дюжина тварей не задержала их и легла в пыль. Другие отстали, и дорога впереди вроде бы опустела. Но вдруг воздух прорезал крик.

— Сатти!

Одна из лошадей без седока рванула вбок по вересковому полю.

— Вон он! — указал Рафф влево.

Несчастного Сатти тащило в овраг затерявшееся в темноте обрыдище, огромное, походившее на медведя.

— Рафф и Лерч со мной, остальные — дальше! — крикнул Старкальд и бросился на помощь.

У крутого склона они спешились. Лерчу он наказал защищать животных. Тот скрипнул зубами и надулся, но промолчал. А вот Тарм не послушался приказа и остался с ними. Поучать его дисциплине было некогда.

Овраг уводил к непроходимым зарослям дикой вишни, меж переплетающимися ветвями которой горело с десяток пар золотистых глаз. Здоровенный порченый уже почти дотащил Сатти до своих, когда Старкальд и Рафф до него добрались.

Рафф с размаху вонзил топор тому в спину, но верзила отмахнулся и сшиб сварта с ног — оружие так и осталось торчать из лопатки. Старкальд напал с другого бока: перебил подколенные сухожилия, а когда тот зашатался и стал падать, выпустил ему кишки. Тут же подоспел Тарм и двумя руками вогнал кинжал порченому в глаз, после чего тот потерял прыть и обмяк.

— Ты как?! — кликнул Старкальд Сатти.

Кряжистый дружинник с трудом поднимался, держась за голову.

— Ранен?

— Не знаю! Колючий иней не разберет. Кровь идет, но вроде не моя, — заворчал он.

— Пошли, пошли отсюда скорее, пока…

— Поздно, тут они уже, — кивнул Тарм.

Множество черных сгустков отделилось от зарослей и окружало их.

Рафф выругался, выдергивая топор из поверженного увальня. Сатти вынул из ножен короткий меч и гневно потрясал клинком.

— Я им, сучьим детям, покажу, как меня хватать.

Со стороны дороги донесся голос Лерча, звавшего на подмогу, но так просто им уйти не дали. Сбившись спина к спине и пятясь к холму, они старались держать в поле зрения всех, но в темноте это было мудрено, а из зарослей, ломая ветки, то и дело прибывали новые враги, будто рождаемые самим мраком.

И откуда их столько?!

Старкальд размашистыми горизонтальными взмахами держал тварей на расстоянии, однако страх был присущ им лишь в малой степени, и не щадя себя, сквернецы бросались на смерть.

Вот сорнец задел ближайшего, ткнул острием в лицо того, кто напрыгнул следом, но одна из теней ухитрилась проскочить под лезвием и вцепилась ему в ногу — толстый кожаный доспех выдержал. Рыча, он пихнул ее локтем и добавил навершием. Раздался хруст, череп чудища треснул. Одновременно порченого достал клинок держащегося рядом Сатти. Еще один бросился сбоку, но Старкальд успел принять его на щит, а после рубануть по горлу.

Лентой брызнула кровь и попала прямо ему в глаза. Наспех он вытерся и вновь изготовился к обороне, едва успевая следить за перемещениями врага.

С толстяка Сатти градом лился потом. Он отдувался, сопровождая каждый взмах отборным ругательством. Рафф сражался молча, но вдохи его становились все чаще и тяжелее. Он оступился, пропустил одного, припавшего к земле, но тут подскочил Лерч и размазал тому голову в кашу своей булавой. Тарм дрался отчаяннее прочих и норовил поразить больше врагов, чем все остальные вместе взятые. Меч его так и мелькал в опускавшейся ночи.

Налетев на ощетинившийся железом кулак и понеся серьезные потери, порченые умерили пыл и нападали уже не так яростно. Некоторые, поджав головы, разворачивались и утекали обратно во тьму, лишившись надежды на поживу.

Одного из последних Старкальд пинком сбил с ног и подивился, как легко тот отскочил. Он уже занес руку для смертельного удара, но вдруг замер. Порченый был мал, длинные тонкие волосы облепляли голову, будто у утопленника. Желтые глаза его ярко выделялись во тьме, но источали не злобу. Они просили пощады.

Да это ведь ребенок, пронзила мысль, и мурашки пробежали по спине.

— Уходи! — рявкнул Старкальд, махнув мечом, и порченый, не отводя взгляда, стал отползать по примятой траве.

Наконец добрались до коней. Лерчу пришлось изрядно потрудиться, чтоб не дать их в обиду — поляну усеивало полдюжины трупов. Животные нервничали, тряслись от ужаса, но убежать не порывались.

Старкальд помог Сатти взобраться в седло к Раффу.

— Смотри-ка, сколько их там, — кивнул Лерч на темную массу, огибающую вытянутый пруд в трех полетах стрелы.

Ее Старкальд поначалу принял за кустарник. Но она двигалась. Одним сплошным потоком эта смертоносная волна неслась за ними, будто кавалерийская лава. Сотни и сотни тварей.