Шеф медленно извлёк платок из кармана и аккуратно вытер вспотевший широкий лоб. Зашёл в примерочную и долго там дышал, пока я заканчивал работу с клиентом. Обиделся, что ли?

Он появился, только когда хлопнула закрывшаяся дверь. Спрятал платок и, не смотря мне в глаза, произнёс:

— Зови напарника, будем говорить.

Вызов шёл долго, я успел подумать: «Не возьмёт, гад. Не хочет он в нерабочее время о пункте выдачи вспоминать».

Взял.

— Да? Чё те надо? Что-то на работе? Принесли ноутбук на сервис, и не знаешь, как включить? У меня типа выходной, давай быстрее рожай.

Человек явно крепко спал, но пусть извиняет.

— Шеф здесь, — я покосился на директора, он делал вид, что не слушает, — тебе нужно прийти. Важное объявление.

— А ничего, что у меня выходной? — начал возмущаться Саня, и я уменьшил громкость.

Не слушая его маты и стенания, я повторил, что ему нужно быстрее собраться и явиться на место. Это важно. «Быстрее начнём, быстрее закончим», — подумал я и положил трубку. Повисла тишина. Начальник прохаживался перед стойкой, пальцем невзначай проводил по столешнице (пыль искал), я тупо смотрел в компьютер и клацал вкладкам в браузере.

Шеф вздохнул. Я тоже вздохнул. Открылась дверь. Клиент. Заходи, клиент, как я тебе рад. Женщин такого типажа — с большими глазами и очумевшим взглядом, в просторных юбках и платках на голове — я называю Галями. Без обид.

Шеф скрылся между полками и сверкал глазами оттуда.

— Добро пожаловать в точку выдачи номер тринадцать. Хотите забрать посылочку?

Галя пожала плечами и сказала, что хочет посмотреть на доильный аппарат перед тем, как его купить. Я не помнил, чтобы принимал нечто похожее, и спросил номер заказа. Номера она, естественно, не знала и хлопала ресницами. Я попросил найти телефон, и она выудила здоровенную «моторолу», которой при желании можно убить лешего. Достала и крутит перед собой с беспомощным видом. Под прицелом глаз шефа предложил ей помощь, и она нехотя, но дала мне в руки свой антиквариат.

Четыре минуты на поиски «где тут эсэмэски» и столько же на то, чтобы убедиться, что нужного сообщения нет, и узнать номер телефона. Пробил его по базе и понял, что заказа с него не делали. Понял, что ничего не понял.

— Вы точно у нас заказывали? — спросил я беспомощно.

Оказалось, что не заказывала. Бедная девушка подумала, что здесь магазин — купилась на яркую вывеску, плюс муж что-то сказал, вот и пришла выбрать доилку. Когда я объяснил, она не поверила и ещё долго не уходила, шарила глазами по полкам, разыскивая свою прелесть, — «а то мужик прибьёт, если не принесу доилку».

Девушка наконец ушла, и мы опять остались одни. Я и шеф. Он, не глядя на меня, говорил о клиентоориентированности, задвигая телегу о том, что нужно обеспечить покупателя всем необходимым, но не тратить время впустую, как сейчас.

Я кивал и подметал пол. Потом надувал шарики, которые остались ещё после открытия (мы раздавали их женщинам и детям).

Саня ворвался шумно, как и всегда. Быстро поздоровался, скинул с плеч рюкзак и швырнул его за прилавок, не обращая внимания на недовольный взгляд шефа. Громко подтащил стул, подумал и предложил начальству, а сам запрыгнул на прилавок. Если бы я выкинул такой трюк, то слушал бы лекцию про этику поведения на торговой точке, но, кажется, Саню шеф побаивался.

— Чего вызывали, Петрович? Я слушаю вас очень внимательно и сваливаю. Мне особенные подгонят специальный напиток — наши такого никогда не синтезируют. Там кое-что тонизирует так мощно, что девушкам нужно расслабиться и не бояться, понимаете? Никаких лишних движений, чтобы не покалечить внутренние органы.

Шеф выглядел… я не мог прочитать по лицу: он смущён, напуган, сконфужен или всё сразу?

— Значит, так, — он прокашлялся и сложил маленькие ручки на животе. — Как я уже сказал, нас ждут небольшие структурные изменения. Для кого-то, может, и большие, но вы привыкшие, так сказать, к непростым условиям отношений и бытия… Так, запутался.

— Петрович, покороче, чем мы можем тебе помочь?

— Грубо говоря, у нас прибавится работы. Не то чтобы много, но весело будет, особенно вначале.

Шеф вздохнул и продолжил:

— Не то чтобы что я хочу в это влезать, но таковы правила франшизы. Все франчайзи должны подчиняться нововведениям. У вас прибавится обязанностей, но аренда, сами понимаете, сейчас недешёвая. Плюс сначала мне нужно заработать на вашу зарплату, а потом расходы, налоги, а всё, что останется, уже моё. Честно говоря, мне обещали срок окупаемости двенадцать месяцев, но вряд ли справился бы и за восемнадцать, если бы не эта новая услуга, если понимаете. Она должна удвоить доход, и я думаю, мы справимся за десять, лишь бы вы согласились, потому что зарплату пока поднять не смогу. Мы ведь только открылись.

— Короче, Склифосовский, — сказал Санёк и спрыгнул на пол.

Мой напарник ассоциируется у меня с вихрем — внезапным, яростным и хлещущим по щекам, срывающим шапку с головы.

Помню, когда я получил ответ о своём назначении на работу, «вы прошли собеседование успешно» и всё такое. Лежал на кровати счастливый и мечтал о будущей карьере, отпуске на море, машине, купленной на заработанные деньги… И тут в дверь позвонили.