Николетта с трудом закрыла рот, недоверчиво хмыкнула и покосилась на, наконец-то, отсмеявшуюся старуху. Мне показалось, ее смутила не сама игра, а осознание того, что ее коллега и тридцать, и пятьдесят лет назад выглядел примерно так же, как и сейчас.

— Я могу продолжить? — поинтересовался я. — Или подождем Алекса, чтобы он сам все рассказал?

Кали несколько раз взмахнула своей сухой лапкой, другой прикрывая рот, откуда все еще рвался неуместный смех. Дальше рассказ пошел проще. И старухи не перебивали, и марена не пялилась так... откровенно. Она слушала внимательно, покусывая губы и хмурясь, но смотрела куда-то в пространство перед собой.

Когда я дошел до трагической развязки этой истории, в гостиную ввалились остальные участники заезда. Следом за ними, распихав их шерстяными боками, в дом гордо проследовал волколак. Осмотрев меня очень скептическим взглядом желтых звериных глаз, он выдал неожиданно скрипучим голосом:

— Не бойся. Я очень дружелюбно против тебя настроен...

Я пожал плечами, дав себя обнюхать. Конечно, когда к тебе приближается мохнатая клыкастая башка раза в два побольше твоей собственной — ощущения не из самых приятных, но, какие-никакие, а мозги в ней имеются. Значит, вполне можно и потерпеть. Тем более, со всеми остальными волк явно знаком.

— Я Фенрир, — проскрипел представитель лесной магической фауны.

— Кемстер Джехен, — неизвестно в какой раз за сегодня повторил я.

Кажется, такого количества новых знакомых у меня не было за весь предыдущий год. Интересно, к чему бы это? Когда все нашли себе место, слово взяла Лилит.

— Полагаю, совместный труд вас сблизил настолько, что вы успели обменяться информацией о целях путешествия, — вновь прибывшие смущенно закивали, подтверждая расхожую народную мудрость о склонности мужчин к сплетням. — Отлично. Потому что дальше нам нужно будет действовать сообща. Ни для кого из вас не секрет, что из нашего мира уже довольно давно ушла энергия любви. Не сама, конечно, но речь не об этом. В среде Верховных магов уже давно ходят слухи, что гармонию еще можно восстановить. Косвенное доказательство этому то, что хоть Праматерь и слабеет, Океан все еще может замедлить этот процесс. Пока мы любим своих братьев и сестер, детей и родителей, бережно относимся к остальным стихиям — надежда остается, но на сколько ее хватит, если без главного элемента создание новой жизни просто невозможно?..

Волколак тяжело и шумно вздохнул, а я восхищенно посмотрел на старую ведьму — так коротко и ясно изложить проблему!

— Поэтому суд Праматери и Океана — не самая главная проблема, они, по крайней мере, заинтересованы в восстановлении гармонии нашего мира. Но нашей Леттой заинтересовался Аарин Икиель. Очевидно, он каким-то образом пронюхал, что Элларе удалось сохранить свою любовь в концентрированном виде и теперь девочка нужна ему живой только затем, чтобы отправить ее в Океан собственноручно и наверняка.

Кто-то из мужчин присвистнул, то-то хмыкнул, волк вообще издал нечто среднее между рычанием и матом, но получалось, что все они были в курсе личности моего нанимателя.

— Да, — кивнула пиритка. — И то, что он нанял нескольких профессиональных убийц, включая настоящего Ловца душ, и то, что успел побывать в тайнике марен до нас, говорит о том, что эльфийский гаденыш, прости Иммераль, настроен очень серьезно. Суд Праматери возможен лишь в полнолуние, последнее было четыре дня назад, поэтому я предлагаю, — Лилит хищно улыбнулась, а ее глаза загорелись самым настоящим огнем, — быстренько, за оставшиеся дни до следующего, сопроводить Летту и Кемстера в Город-на-Берегу, выкупить ее свободу от обязательств матери обещанием найти магическую колбу и вернуть в наш мир любовь раньше, чем нас поймают!

В комнате повисла тишина. Мне показалось, что каждый из присутствующих задавал себе один и тот же, вполне логичный вопрос: "А мне-то оно зачем?" Я бы на их месте именно этим и занялся бы. Но то ли времена снова начали меняться в лучшую сторону, то ли беловолосая девчонка, все это время молча почесывающая гигантские уши волколака, вызывала необычные чувства не во мне одном, да только...

— Мне князь-колдун Василий жизни не даст, если я Летту сейчас оставлю, — откашлявшись начал ведьмак, Габриэль, кажется.

— Мне тоже надоело уже жить с этим долгом перед Пущей, хватит, пора отдать и жить спокойно, — со вздохом потянулся эльф Иммераль, откидывая назад длинные волосы.

— М-да, — проскрипел волк, покосившись на ведьмака. — Мозги, конечно, не видно, но когда их не хватает — заметно. Куда тебя, дурака такого, одного отпускать?..

— Ник, ну а я твоей бабке обещал, что прослежу, чтоб Кем к тебе не особенно приставал, — широко улыбнулся Алекс.

Марена смущенно фыркнула и, слегка покраснев, убрала волосы за уши. Обвела своих помощников благодарным взглядом ярко-аквамариновых глаз и осипшим голосом пробормотала:

— Спасибо, ребят, что бы я без вас делала... — подняла глаза на старых ведьм, умиленно наблюдавших эту картину и продолжила: — вы хоть расскажите мне, что надо делать и как выглядит эта магическая колба. Я ж понятия не имею, о чем идет речь.

Неожиданно я почувствовал глухое раздражение, а поняв его причину — вообще усомнился в собственной нормальности. Темные дни! Да что ж в этой девчонке такого?!

— Конечно, внученька, — суетливо закивала Кали, пряча глаза, в которых слишком явно плескались хитрость и ехидство. — Все расскажем, все покажем...