— Да двое из управы местной, — прохрипел Гантимуров. — Ствол мне дали, сказали отработать. А чё бы я сделал? Вот и пришлось…

И тут я задумался. Возможно, это те два подозрительных типа с корочками ФСБ, которых я тогда приметил, когда они караулили полковника Некрасова на рыбалке.

Ладно, неприятно, но такое я предполагал.

— Есть их контакты? — спросил я, и он быстро закивал.

После допроса двух продажных коррумпированных ментов расклад стал понятнее.

Они сами делают себе палки, подбрасывая разное на карманы, но бывает, что работают на заказ, чтобы кого-нибудь крепко подставить.

Хотя оба искренне не понимали, что плохого делают. Но это ладно, ими ещё займёмся, а вот эти два товарища, которые «заказали» им подставить Ярика, ничем не лучше их, а то и хуже.

Ствол Гантимурову и Филиппову дали чекисты, а кто завалил коммерсанта… ну, будем разбираться. А ведь явно, что такое происходит не в первый раз судя по тому, как всё оперативно оформили.

А не вмешайся мы ночью, уже утром было бы поздно.

Ну, изучаем дальше. И наше расследование будет быстрее и эффективнее, чем официальное следствие от прокуратуры. И за приговором не ржавеет, а исполнителем будет… не, такого они не ожидают.

Такого вообще никто не ожидает. Сначала посмотрим, насколько они в этом повязаны.

Другой человек уже разочаровался бы в системе, но я видал всяких сотрудников. И мразей вроде этих знал, но и нормальных мужиков было немало, кто действительно горел своим делом и работал, несмотря ни на что.

Разные есть, но гниль там, где она нам попалась, можно вырезать по ходу дела.

План, чтобы как можно быстрее стравить между собой противника, продолжался, а кто наш противник, мы с каждым часом знали всё больше.

Ну а эта насыщенная событиями ночь заканчивалась, и наступил полноценный рабочий день. Ровно в девять утра у меня зазвонила мобила.

— С добрым утром, Алексей Матвеич! — услышал я весёлый голос полковника Иванова.

Чекист с утра трезвый и до отвращения вежливый, но хоть «выкать» перестал.

— Я тут слышал, у тебя брат в неприятности влип? — спросил он. — В курсе деталей? Подъезжай, покумекаем, гляну, что там можно сделать с этим.

Ого, полковник предлагает помощь. Но он сам может огрести за компанию, если, как я думал, подстава Ярика — часть более сложной цепочки подстав. Тут надо осторожно, ну и обставлять всё так, чтобы нам были должны все, а мы — никому.

— Подъеду, Валентин, — отозвался я.

Нажал на газ и сразу рванул к «Большому дому» на Ленина. Город проснулся полностью, улицы заполнили маршрутки, которые стояли так, что троллейбусы не могли протиснуться к своим остановкам. Люди шли по своим делам, много молодёжи вокруг, хотя сессия в самом разгаре.

Стоянка рядом с управой ФСБ была заполнена, стояли чёрные «Волги», будто понаехало какое-то начальство. Так и вышло.

Иванов встретил меня на лестнице между этажами, где стояла большая кастрюля. Чекисты приспособили её под пепельницу. Ну, лучше кастрюля, чем очередной мёртвый цветок, в котором тушат окурки.

— Слушай, тут начальство понаехало, — виноватым тоном сказал он, пожимая руку. Выбритый и трезвый, и даже не с похмелья. — Так что времени мало. Давай так, ты много чем помогаешь, я тоже кое-чего… Но сначала скажи мне по чесноку: брат твой причастен к тому, в чём его обвиняет?

Это он спрашивает для очистки совести перед тем, как задействовать своё влияние. Но в любом случае Иванов действительно собирался помочь мне вытащить брата.

Не зря я с ними всеми поддерживаю контакт, вот это мне и вернулось. Но пока его помощью я буду пользоваться ограниченно. Ведь есть нюансы.

— А начальство не по твою душу приехало? — спросил я. — А то есть подозрение, что это не на Ярика подстава, а на всех нас. Включая и тебя.

— Не понял, — он уставился на меня, прищурив правый глаз.

— Помнишь, я тебе говорил, как двое твоих коллег за Некрасовым на рыбалку ездили? Так вот, выяснил, твои коллеги… то ли те же самые, то ли новые, но я думаю, что это «рыбаки». Так вот, они связались с двумя ментами и дали им ствол, из которого якобы замочили коммерсанта Журавлёва. А повесили всё на брата.

Я рассказал ему о том, что узнал, утаив только, как мы ночью меняли пули и портили ствол. Это пока знать никто не должен.

— И вот, дали контакты, — я показал картонную визитку, которую забрал у Гантимура. На ней выбит только городской номер. — И я думаю, что как только ты начнёшь отдавать какие-то распоряжения, тебя тут же начнут давить. Якобы, выгораживаешь подельника. И начальство понаехало, могли под эту дату готовить всё.