– Ты злишься, что я сразу тебе не сказал, – прищурившись, самонадеянно констатирует сукин сын. Олимпийский чемпион по самообладанию, чтоб его…

– Вообще-то у меня до хрена причин, чтобы злиться на тебя и без этой умышленной трусливой лжи, – недобро сверкнув глазами, откликается Кая.

Вода постепенно наполняет чашу, но не скрывает ее бесстыжей наготы. Слегка склонив голову к плечу, Бут тянется за тюбиком с пеной и выливает некоторое количество в джакузи. Молчит, брехливая сволочь.

– Скажи, я правда стою миллиард? – удерживая зрительный контакт, любопытствует Каталея.

– Полтора, – невозмутимо отвечает он. – И еще пятьсот миллионов за каждый год содержания.

– Охренеть, – потрясенно выдыхает Кая. – Надо же, какой щедрый хозяин мне достался.

– Господин Мин прав, ты себя недооцениваешь. – Кривая ухмылка раздвигает чувственные губы. Она удивленно вскидывает бровь.

– Ты слышал наш разговор?

– И видел, – кивает Бут. – И всё, что сказала Делия, тоже.

Его взгляд опасно темнеет, не предвещая позитивных событий и решений. Она снова провинилась и что-то там нарушила? Да по х* вообще.

Воздух постепенно наполняется приятным и бодрящим цитрусовым ароматом, пышная пена целомудренно накрывает сначала ее бедра, потом грудь. Как скучно, а она надеялась, что ей все-таки удастся пробить брешь в чемпионской сдержанности королевского Цербера.

– Значит, тебе неизвестны мотивы и цели верхушки «Улья»? Ты всего лишь исполняешь приказы и такой же заложник положения, как и я? – после недолгого молчания снова заговаривает Кая.

Она вовсе не пытается подловить мерзавца на лжи, обман очевиден, ей любопытно, как он будет выкручиваться и будет ли. И заодно уводит разговор от подозрительно зависшей открытой темы.

– Целей и мотивов всегда множество, и они постоянно меняются в зависимости от настроения и желания почетных гостей. Увы, это неконтролируемый процесс, – вполне убедительно объясняет Бут. – Например, вчера твоего диалога с Делией и господином Мином не было в планах, а сегодня он решил внести изменения и одарить вас обеих своим вниманием. И никто не вправе ему это запретить.

– А если у него возникнет желание и настроение убить меня? – нервно сглотнув, задает она самый пугающий и жизненно важный для нее вопрос.

– Значит, ты умрешь, – совершенно спокойно отвечает Бут, и ни один нерв не дергается на замороженном лице. Да и чего ему дергаться? Деньги уплачены, одной пчелкой меньше, одной больше. Его какие проблемы? – Но я не думаю, что до этого дойдет, Кая, – выждав театральную паузу, добавляет моральный садист.

– Почему?

– Почему? – В обращенном на нее взгляде сквозит удивление. – Тебе не приходит в голову, что киллер стоит на миллиард и пару сотен миллионов дешевле? Для чего столько усилий и вложений? Чтобы просто убить тебя?

– Ну, может быть, он придумает экстравагантный способ…

– Придумает, – не спешит ее разубеждать Бут. – Скажи, Кая, ты любишь фильмы ужасов?

– Почему ты спрашиваешь? – похолодев, уточняет девушка.

– Ответь. – От леденящей душу улыбки батлера Каю кидает в нервный озноб, и теплая бурлящая вода не спасает.

– Ну… иногда смотрю, чтобы пощекотать нервы, – пересохшими губами бормочет она.

– Господин Мин тоже любитель пощекотать себе нервы. В онлайн-формате. Считай, что ты прошла жесткий кастинг и назначена на одну из главных ролей, – Бут произносит это так, словно она выиграла в лотерею, а не оказалась в заложниках кучки сверхбогатых психопатов-извращенцев.

– В фильме ужасов? – Кая нервно сглатывает, прокручивая в голове чудовищные кадры «Пилы» и других кровавых страшилок. Внутренности скручивает, к горлу подступает тошнота. Этого не может происходить в реальности. Кто дал им право играть человеческими жизнями ради?.. Ради чего?

– Именно, – сверкнув белоснежными зубами, кивает Бут. В нем вообще есть хоть что-то человеческое? Или он гребаный робот?

– И что мне нужно будет сыграть? – хрипит Кая.

– Всё, что он пожелает. – Легкомысленно передернув плечами, мужчина протягивает девушке бутылку минералки. В стеклянной бутылке. Ее можно разбить о борт джакузи и устроить ублюдку квест на выживание, воткнув розочку ему в глаз.

С минуту поколебавшись, Кая отвергает рисковую затею. Импульсивные решения – прямой и короткий путь на тот свет, а жить страх как хочется. Открыв дрожащими пальцами бутылку, она жадно выпивает почти половину и, поставив на край мраморной чаши, устремляет в прострацию потерянный взгляд.

– Всё не так страшно, Кая, – ободряюще произносит Бут, опуская в пену кончики длинных пальцев. – Трансляция занимает максимум час. В процессе ты сама не заметишь, как пролетят минуты, и, если будешь следовать моим советам, ничего плохого с тобой не случится. Скажу больше: многие пчелки тринадцатого уровня с нетерпением ждут свои стримы.