Тим чуть расслабился после резкого наезда Зевса, улыбнулся и пролетел сквозь Ведьмочку насквозь. Как бестелесный дух, которым по виду и являлся.

— Право наблюдателя. Симуляции некогда контролировать победителей, пока не настанет новый уровень для нас. Для системы мы не существуем до поры до времени. Поэтому можем себе позволить осмотреться.

Кира тут же добавила:

— Мы как будто стали частью Игры. И дотянулись до новых возможностей. Даже можно сказать, приняли её!

— Да, именно приняли. Приняли свой Путь! — подтвердил Тим. — Вопрос ведь вовсе не в фактической победе и даже не в выживании. Играя на стороне одного из Путей, нужно его ПРИНЯТЬ. На прошлом уровне мы… заигрались. И перескочили.

— Значит, возможности уровня можно преодолеть. Пределов нет, — заключил Зиновий. — Что ж, это полезная информация. Но зачем нам стирают память?

— Чтобы освободить магистраль, — тут же ответил Тимофей. — Прошлое… мешает. Нам проще играть, когда ведём себя как дети. Дети не думают. Дети живут настоящим. Меньше знаешь, крепче спишь.

— По сути, Игра напоминает большую тренировочную площадку, — добавила Кира свои мысли на этот счёт. Всё Игровое поле — это не битва на выживание, а селекция, искусственный отбор. Выжившие становятся сильнее, слабые умирают.

Зиновий невольно сглотнул. Не оказаться бы в числе слабых. Ведь других претендентов на выживание ещё тысячи. А их только шестеро.

— Зём… случилось ещё кое-что. И я хотел потолковать о «прочем», — решительно настоял Тим.

Зиновий словно ждал этого разговора, кивнул:

— Говори.

— Во-первых, у Ноосферы был план «Б».

— Что ещё за план «Б»?

— Если бы не получилось с ядерными ракетами для самоистребления человечества, то апокалипсис случился бы в виртуале. Общее число Дворцов Игр по всей планете составляло примерно двести тысяч зданий незадолго до Дня Икс. Учитывая игровую наполненность в тридцать тысяч человек на комплекс, Хозяйка рассчитывала усадить и уничтожить примерно 6 миллиардов игроков разом на премьере новой эры виртуала. А оставшиеся три миллиарда подчинить силами робототехники и чипирования. Чего только робо-зверинец стоил. Вот для этого плана Ноя и создала Альфу.

— Альфу? — переспросила Ведьмочка.

— Это уже другой вопрос… мне… удалось с ней поговорить, — признался Тимофей. — Она взяла меня в плен и всё показала.

Все трое посмотрели на него.

— Пленнику? — уточнил скорее для себя адмирал. — Пленнику показала?

Тим кивнул, понимая, что показать ему могли лишь удобные вещи. Да и собственная память с фильтрами-барьерами, что принято считать критическим мышлением, на тот момент отсутствовала.

Поморщившись, Зевс покачал головой:

— Это нужно обдумать. А как там Дементий с Ленкой?

Зевс давно потерял интерес к происходящему и даже не смотрел в сторону крепости египтян-псоглавцев, где трупаки активно штурмовали крепость.

Но Тим молчал. Уловив это странное, затянувшееся безмолвие, Зевс поднял голову. Что-то было не так.

— Ты чего? — спросил лидер.

— Демон убил Ленку… — наконец, выдавил из себя хакер. — Игра влияет на его мозг больше прочих. Он снова спятил.

— У…убил? — тупо повторил адмирал, не в силах принять это как факт.

Ощущение тотальной ошибки едва не выбило землю из-под ног. Это ведь он взял его во Вторую Экспедицию. Он дал в руки оружие. Он доверил ему избранницу. А теперь… Теперь Демон снова проявил свою суть.

— Сука-а-а!!! — закричал адмирал и едва сам не бросился в ров.

Тим не двигался. Он видел только один «приличный» способ влиять на ситуацию: чтобы выжить, следовало вливаться в Игру всё больше и больше. СЛИТЬСЯ С НЕЙ. В том числе порождая гнев. Ведь гнев порождает гормоны. А чем больше мозг выделит для себя химического коктейля, тем ему проще будет на новых уровнях.

За размышлениями об этом, Тимофей развернулся в сторону «египетской» крепости. Картина пред ним и друзьями разворачивалась необычайная. Она навсегда отпечаталась в его памяти, как грандиозное, незабываемое действо.

Более тысячи мумий по-прежнему штурмовали замок. Сотнями они падали вниз, сгорали, лишались конечностей под ударами защитников. Но упрямо продвигались вперёд.

Под градом стрел единицы самых удачливых мёртвых пересекали ров, вгрызались в камень ногтями рук и ног. Особо настырные цеплялись даже зубами, до того был силён зов! Нечеловеческая сила и жажда гнала мертвецов к живым.

Гарнизон замка изнемогал, но без устали лились остатки масла на оскаленные лица нападающих и летели снаряды и камни. Игроки расставались с жизнями долго, мучительно, больно. Но всё-таки убить мумию было на порядок сложнее, нежели обычного человека. Искалеченные, изуродованные тела уже заполняли собой рвы цветными шевелящимися холмами. Но все, способные цепляться за стены, снова упорно ползти наверх.

Таким должен быть Игрок — стараться снова и снова. Лишь упрямые и упорные пройдут игру на высших уровнях сложности, стараясь вновь и вновь, пока не получится.